Приморская академия, или Ты просто пока не привык

— Сейчас расскажу, — аккуратно вернула я на линию старта одну излишне прыткую тварюшку.

— Рыжая, ну что ты там чудишь с нашим ужином? — скорбно вопросил Марко.

Я ему не ответила, но вот парни засмеялись.

— Итак! Рувы и рувиты! Прошу минуту тишины, — сменив положение с четверенек на более пристойное — сидя на коленках, заявила я. — Перед вами участники бегов. Прошу выбрать скакуна, дать ему имя… Вот, я приготовила уже мягкий красный карандаш. Когда мы все определимся, наши скакуны отправятся в забег. Проигравший угощает всех чем-то вкусненьким. Только, всех богов ради, не жареными улитками и лягушками. У меня низменные простонародные вкусы, я предпочитаю курятину, утятину или гусятину. Можно свинятину или коровятину. Согласна на пирожок с капустой.

— Эля! — звонко рассмеялась Марта.

— Нет, ребята, правда. Я всё понимаю, тут их принято есть. Но, вероятно, я недостаточно аристократична, такие деликатесы не по мне. Лучше я устрою улиточный забег.

— А что? — переместился к нам с Мартой Силино и устроился на полу, скрестив ноги. — Думается, будет весело, хотя и не быстро. Чур, вот эта жирненькая рувита в домике — моя. — И он двумя пальцами подхватил с листа одну из улиток.

— А как ты догадался, что это девочка? — Приблизив голову, я попыталась найти какие-либо половые признаки.

— Так они же гермафродиты, — со знанием дела пояснил мне Силино. — Но те, что крупнее, как правило, берут на себя роль самок. Им же потомство вынашивать.

Я озадаченно застыла, осмысливая полученную информацию. Скажем прямо, в вопросе размножения улиток и их половой принадлежности я была невежественна и дремуча. Абсолютно.

— А гермафродиты — это как? — спросила после паузы.

— Элечка, это значит, что они и мальчики, и девочки одновременно, — пояснила мне Марта. — Ну, они как бы… А при спаривании выбирают, кто кем будет.

— Ой, хры-ын! — Я аж ладони прижала к полыхнувшим жаром щекам. — Стыдоба какая!"

"— Рыжая, не примеряй ты к брюхоногим правила приличия людей. Не будь ханжой, — фыркнул Марко и устроился рядом с Силино. — Так, а я выбираю вот этого. Назову его Джузеппе.

— А я свою очаровашку — Матильдой, — хохотнул Силино.

Пока всех не разобрали, я выбрала вторую по крупности улитку и дала ей имя… Амиральда. Я неоригинальна, да.

И вот, все семь улиток-переростков обзавелись хозяевами и обрели имена. Клички мы написали на крышах их домиков. Теперь все раковины были украшены аккуратными буковками ярко-красного цвета.

— Ну что? На старт, внимание, марш! — дал отмашку Марко.

Улитки-скакуны распластались на своих линиях и ползти куда-то не торопились. Мы ждали. Улитки тоже.

— А может, они спать хотят? — высказала я предположение. — Ведь уже поздно.

— Не-а, они ночные существа. Надо их чем-то подбодрить.