Акция прикрытия

А национальный гвардеец может все, что хочет. Мулла, конечно, брюзжит про Коран, но Коран писали давно… К тому же там прямо сказано: Аллах милосерд и всепрощающ… А вчера и вовсе никакого греха: гуляли свадьбу младшего Хамзаева, а на свадьбе любой нормальный мужчина обязан выпить за мир в доме и здоровье молодых. Только самый отъявленный святоша не поднимет стакана. К счастью, таких в республике все меньше и меньше.

Аслан сел на широкой, со сбитым, давно не стиранным бельем кровати, осмотрелся. Спал он в измятом камуфляжном комбинезоне, не сняв высоких шнурованных ботинок. Жаль, не подвернулась вчера никакая баба! А невеста у этого сопляка ничего… Ну да посмотрим… Хамзаевы не сильно обрадовались, когда он заявился на торжество. Не потому, что незваным: в такой день любой односельчанин — желанный гость, а он даже дальний родственник. Это из-за прошлого… Чистоплюи! Тогда они в один голос твердили про опозоренную честь семьи. Если бы не новые времена — выставили бы с позором бывшего арестанта! Не посмотрели на богатые подарки — пригоршню колец, цепочек, кулонов… Хотя если бы не новые времена, он бы гнил заживо в Наурской колонии, разматывая двенадцатилетний срок, и даже не мечтал о свадьбах, камуфляже, оружии…"

"Автомат валялся на полу, под рукой. Закопченный ствол остро пах пороховым нагаром, магазин был пуст. Какая свадьба без стрельбы! Раньше, когда только захватили русские арсеналы, к продаваемому автомату прилагалось два рожка с боевыми патронами и один — с холостыми. Холостые почему-то быстро закончились. То ли их меньше было, то ли ими палили чаще… Можно и боевыми салютовать, но хозяевам это не очень нравится: пули пронизывают потолок, дырявят крышу. К тому же рикошеты… В прошлом месяце Али Шовгенова убило — от газовой трубы отскочило прямо в голову! Недавно и жениху ухо оторвало. Вот смеху было! Все подходили и спрашивали: «Только ухо? Все остальное на месте? Ты хорошо проверь!» А тот сидит с перевязанной башкой, отшучивается: «Самое главное при мне, а уха и одного хватит!» Хотя видно: ему не очень-то весело — весь бледный, кривится… К тому же вполне могло и самое главное отхватить — просто повезло, случай благосклонно распорядился.

Первое, что сделал Идигов, поднявшись с кровати, — снарядил магазин, проверил запасные. Один он расстрелял, второй, как и положено, оставил на непредвиденный случай. Значит, хотя и пьет, но ума не пропивает.

«Молодец, Аслан!» — похвалил он сам себя.

Ступая по замызганному, усеянному мусором, пустыми бутылками и банками из-под консервов паркету, он подошел к высокому трюмо в резной дубовой оправе.