Под прикрытием

Сколько он тебе дал…

Еще один пинок – чтобы напомнить, как меня раздражают слова, начинающиеся с «не».

– Если ты еще раз начнешь фразу с частицы «не» – я тебя просто запинаю тут. Понял?

– Пятьдесят фунтов, мистер Кросс. Он дал мне пятьдесят фунтов.

– Не так уж много за такую работу. И ты поинтересовался, для чего ему это все было нужно?

Молчит – значит, не интересовался. Но правило про «не» он уже усвоил, и это хорошо.

– Когда он принес и унес этот провод, придурок?

– Принес… пару недель назад.

– Идиот. Забрал когда?

– Через три дня… Работа была простая.

Снова сунул ногой, но уже не слишком сильно.

– Где сейчас О’Коннел?! Когда он пропал?

– Недавно… С неделю назад.

– Где он? Не может быть, чтобы не трепались!

– Э… говорят, он подался на ту сторону границы…

– Кое-кто говорил, что его видели в Дублине.

– В Дублине? Какого хрена ему там делать?

– Не знаю.. Правда, не знаю, сэр, не бейте…

– Ни хрена не верю этому старому прохвосту, сэр! – бодро отрапортовал Грей.

– Так точно, сэр! – отрапортовал Грей, игру он понял и максимально старался мне подыграть. Игра старая как мир: добрый полицейский – злой полицейский.

– Сэр, я правду говорю… На самом деле правду, чем хотите, поклянусь.

– Бутылкой виски поклянись, Дейв… – мрачно изрек я. – Богом не клянись. Ты хоть и католик, но запросто сменяешь мессу на бутылку чего-нибудь покрепче. Может, ты мне и не соврал относительно того, что я тебя спрашивал – но ты от меня что-то скрываешь. Что скрываешь, начал рассказывать, так продолжай…

Старый алкаш замялся – и я убедился, что догадка моя верна – он и вправду знал что-то еще…

– Сэр, я не думаю, что это важно, но…

– Думать из нас двоих предоставь мне. У меня это лучше получится, тем более на трезвую голову. Так что ты еще не рассказал?

– С каким человеком? Не заставляй меня нервничать!

– Его все «Пересмешником» называют… Я не знаю, как его на самом деле зовут, он у нас «пересмешник», честно…

– Что за хрень? Какой такой «пересмешник»? Как его зовут?

– Нет. Он псих! Псих конченый, я и не думал, что полковник станет с ним общаться!

– За что, Дейв? За что он сидел?

– Кажется… человека топором порубал… говорили так… его все боятся, даже свои… он пьет в одиночестве…

– Не знаю! Честно – не знаю!

Вышли мы молча, сели в машину. Отъехав на пару кварталов, я припарковал машину в более-менее освещенном месте, повернулся к Грею:

– Какого хрена ты потащился за мной? – начал заводиться я.

– Работать ведь нужно в паре. Тебе могла понадобиться поддержка.

– Против кого? Ты думаешь, я не справлюсь с алкашом?

– В САС так работают.

– Если – мы уже ничего не сделаем. Надеюсь, что нет. О’Доннел под подозрением не был, по крайней мере, я об этом знал бы. Надо ехать…

Все чаще я ловлю себя на мысли, что становлюсь философом.