Под прикрытием

Все были уже там, в точке сброса, мысленно принимали бой, прокручивали в голове все его возможные перипетии…

Сопротивление на точке сброса было ожидаемо слабым. Хотя холмы и представляли для мятежников интерес, хотя они и держали на них посты – посты эти были откровенно слабыми. Тридцать человек по всей линии. Свалили их с воздуха довольно быстро, огнем пулеметов и двадцатимиллиметровых пушек с боевых вертолетов поддержки…

– Высаживаемся! – лейтенант расстегнул подвесную систему, сбросил вниз тяжеленный вещмешок и первый спрыгнул вниз, попав ногами прямо на искромсанный пулями труп мятежника. Эти легкие птички «Уосп» были хороши тем, что могли зависнуть над чем угодно, и высадиться можно без проблем. Британские спецназовцы освоили транспортировку десантных групп и их высадку первыми, что бы там ни думали немцы и североамериканцы. Иногда такие птички пролетали даже по городским улицам, держась ниже крыш домов – за счет коротких лопастей несущего винта…

– Быстрее… Быстрее, сукины дети! Вы что, вечно жить захотели?! – лейтенант слышал это в каком то фильме, и фраза ему понравилась. – Давайте! Копаем дополнительные укрытия – пока нам не подпалили задницу! Быстрее!

– Сэр! – капрал Роуч поднял трофейный пулемет. – Кажется, этот целый.

Уже что-то. Получается, у них на группу теперь три пулемета. Третий – старый, известный как БРЭН, «Брно-Энфильд», ручной пулемет с питанием не лентой, а магазином, причем вставляемым не снизу, а сверху. Лицензия на этот пулемет была и впрямь куплена в Богемии, но мастера Энфильда его переконструировали под старый британский патрон 303 от винтовок «Ли-Энфильд». Кто бы там что ни говорил, но пулемет был хорошим и в умелых руках мог наделать немало бед.

– Справимся, сэр… Такой был у нас в учебном полку.

– Тогда опробуй стрельбой. Копаем, копаем…

Взгляд лейтенанта упал на Стэтэма – тот не копал, отложив в сторону саперную складную лопатку, он смотрел по сторонам, пристально задерживая взгляд на чем-то, и быстро писал карандашом в блокноте…

– Стэтэм… Что, черт возьми, ты делаешь? Ты хочешь, чтобы твоя задница была видна каждому муслику, когда дойдет до дела, да?

– Сэр, я должен составить карточку огня, пока не началось.

– Когда начнется, ты будешь копать, вместо того чтобы стрелять. И они подойдут прямо вплотную и затрахают твою белую задницу до смерти – я слышал, муслики любят это дело.

Стэтэм оторвался от записей, посмотрел на лейтенанта.

– Сэр, если вы не будете мне мешать, никто не сможет подойти к нашему укреплению ближе, чем на пятьсот метров.

– Дробовик-три, я – Паук-восемь! Как принимаешь?

Артиллеристов было едва слышно из-за грохота орудий.