Под прикрытием

По привычке Немой осторожно прикоснулся к шее, там, где у человека проходит артерия, – и с изумлением почувствовал едва уловимую пульсацию.

– Ворон! Дока сюда – мухой! Кажется, еще жив!

Картинки из прошлого

Небольшой – по меркам представительского класса машин – темно-серый «Даймлер» довольно лихо заехал на огражденную подстриженным кустарником стоянку, затормозил, выбросив из-под колес порцию щебня. Какое-то время он так и стоял – будто водитель приехал сюда и не знает, что делать дальше. Потом со стороны водителя открылась дверь, и на стоянку выбрался человек – высокий, лет сорока на вид, идеальная прическа, аккуратно подстриженные небольшие усики, дорогой костюм. От этого человека буквально веяло довольством и уверенностью верхушки среднего класса. Если бы кто встретил его на улице, то предположил бы, что это директор молодого, но подающего надежды и быстро идущего в гору общества на паях, выпускающего какие-нибудь совершенно очаровательные зубные щетки или дорогую мебель. Но это была всего лишь маска – одна из многих. Раньше, когда этот человек занимался оперативной работой, его звали «Хамелеон».

Несмотря на моложавый вид, в прошлом году этот человек отметил свое пятидесятилетие. Работал он под прикрытием в англоязычных странах – Британия, САСШ, восемь лет прожил в Лондоне, где приобрел светский лоск и отточил до блеска знание английского. Английский он не просто знал – он умел имитировать с десяток акцентов, мог прикинуться и «кокни», и уроженцем Уэльса, и шотландцем, и выходцем из Индии, родившимся там, но остающимся англичанином до мозга костей. Настоящее имя этого человека было Владимир Ковач, и по национальности он был на три четверти русским, а на оставшуюся – сербом. Его дед бежал из Сербии от резни, да так и остался в России. Сейчас Хамелеон возглавлял подвизавшийся под крышей ГРУ ГШ «Комитет Ковача», занимающийся разведкой против Великобритании, используя агентуру, которую удалось завербовать во время Бейрутского кризиса, а также и новую. Комитет был небольшой, но весьма эффективной структурой. Во многом его успехи в разведработе базировались на отсутствии бюрократии и том, что сам Ковач долго жил в Великобритании и знал ее, как свои пять пальцев.

Сейчас Ковач достал с заднего сиденья зонт – не складной, автоматический, как ныне модно, а солидный, едва ли не метровый зонт ручного раскрывания, с изящной ручкой из дорогих пород дерева – настоящий зонт для настоящего джентльмена. Озабоченно посмотрел на небо – погода была совсем британская, все небо затянуто тучами, с утра поморосил дождь и перестал, но вот-вот снова пойдет, зонт нужен. А если не пойдет дождь, так сойдет как трость.