Мир приключений, 1969 (№15)

Пока он говорил, эти атомы-корзинки над площадкой связались в нить, и эта нить так здорово закрутилась, что я даже удивился — как она не путается! Получился совсем клубок, только с одной стороны в нем углубление осталось, как лодочка. Я хотел спросить, зачем это углубление, но Лида Тимофеева меня опередила. Она положила правую руку на край столика, и сразу он стал светиться красным. Старик замолчал, а Лида встала и спросила:

— А зачем в молекуле такое углубление?

И села. Столик у нее опять стал белый. Старик начал объяснять, что это для того, чтобы молекула могла сцепиться с другой молекулой, только не какой угодно, а какой нужно. Это углубление вроде отверстия в замке, а у той молекулы, с которой нужно сцепиться, есть выступ — как ключ от этого замка, и поэтому молекулы могут найти друг друга среди остальных. Тут я увидел, что Лида кладет на мой столик книжку.

Я не хотел сейчас читать, мне было интересно слушать, но я не удержался и раскрыл книжку. И вдруг все кругом будто исчезло, ничего я уже не видал, а только смотрел на первую страницу. В самом низу там было напечатано: «Москва, 1980».

Я еще раз прочел это и все равно ничего не понял. Как это — 1980 год? Я нагнулся к Лиде:

— У тебя есть еще какая-нибудь книжка?

— Зачем тебе?

— Дай, не спрашивай!

Она порылась под столиком и сунула мне какую-то книгу, совсем новенькую. Я даже названия не прочел, а сразу посмотрел на год издания.

Одна тысяча девятьсот восьмидесятый! Одна... тысяча... девятьсот... восьмидесятый!

Меня будто по голове стукнули — столик даже начал расплываться перед глазами. Я протер глаза и удивился: пальцы стали мокрые.

И вдруг я сразу все понял. Никакой это не другой город, а это совсем другое время. Значит, эта машина, в которую я влез, была машина времени, как в книжке Уэллса, и я залетел на десять лет вперед. А Валька там остался. Я почему-то представил, что Валька остался далеко-далеко внизу, маленький такой, а я сразу стал старше на десять лет.

То есть нет, я не стал старше, потому что я, наверно, в один момент перенесся. Это вокруг меня все стали старше! Как эта Лидка. Когда я был еще там, сегодня утром, ей сколько было? Ну, от силы три года...

У меня внутри что-то медленно перевернулось. Я опять нагнулся к Лидке и спросил:

— Тебе сколько лет?

— Мне послезавтра тринадцать, — быстро прошептала она, — у нас в номере будет день рождения. Приходи...

Какой там день рождения! Какие тринадцать, когда ей только сегодня утром было три года! Я же сам видел, как она рожи корчила и орала как сумасшедшая.

Я с испугом посмотрел на Лиду, будто она выросла прямо на моих глазах. А может, это и не та совсем Лидка?

— Слушай, ты где живешь? — спросил я.

— Наш номер в седьмом корпусе, — ответила Лида.

— Да нет, не здесь, а вообще.