Мир приключений, 1969 (№15)

Ты не досказал, что было дальше.

— Да ничего выдающегося. Во время этой блистательной речи за доктором топтался увалень — его ученик. Здоровенный такой парень, красномордый и, по-моему, в стельку пьяный. Фамилия ученика Остолоп. Забавно, не правда ли?

— Врешь. Откуда ты узнал?

— Я слышал, как обращался к ним помощник капитана. Мистер Трири и мистер Остолоп.

— Сочинил. Тут же, на месте сочинил! Что, я тебя не знаю?

Кулановский вздохнул:

— Ну сочинил. Одну букву. Оссолоп его фамилия.

— То-то. А что потом?

— Да ничего, говорю тебе. Поглядел на нас и отправился к себе в каюту.

9Торжественно, размашистым шагом доктор Трири миновал пассажирскую палубу и поднялся к себе в номера люкс. Словно подрубленное дерево, доктор рухнул в мягкое чашеобразное кресло.

— Здесь дивно, Джимми, не правда ли? — слабым голосом произнес проповедник. — Можно будет хоть немного отдохнуть.

— Вы правы, док. Здесь неплохо. Не хотите ли поужинать в ресторане?

— Господи, Джимми?!

— Ладно, ладно. Тогда оставлю вам ваши термосы, а сам схожу подкреплюсь чем-нибудь существенным."

"Джимми Оссолоп мягким движением притворил за собой дверь. «Старик ужасно нервный. Боится резких звуков. Стук двери способен нагнать на него истерику. Вообще он, док, молодец. Он многое может. Он мне предсказал, что лейтмотив не исчезнет неделю, как я ни прыгай, и действительно, уже четвертый день держится, проклятый, и не слабеет ни на секунду.

Точка, тире. Точка, тире. Жирная черная точка и белое, сверкающее, словно проблеск молнии, тире. Точка, тире. Затем точка и несколько тире. Но чаще всего только точка и тире. И ничего больше. Точка, тире. Вот ведь проклятье, какой глупый лейтмотив. Док говорит, что это фокусы подсознания. Но, говорит, все равно это удивительно. Непостижимо, говорит док. Шутки подкорки и симпатики. Но мне не легче от этих шуток. Точка, тире. Подумать только! И какая жирнющая точка! Тире долго не держится. Промелькнет, и нет его. А точка висит. Еще три дня мучиться, если верить доку. Алкоголь не помогает, конечно. Но после выпивки как-то начинаешь смотреть на все со стороны. Вроде бы это не совсем твоя точка и не тебе принадлежащее тире».

10Питер Ик осторожно пробирался среди огнетушителей и канатов.

«То, что свернутый стальной трос или бухта манильской веревки похожи на спящих змей, приходило в голову сотням тысяч людей, но помнили ли они о змеиной сущности спирали вообще? Прямая линия проста, кривая линия хитра, а завитая, как спираль, хандру нагонит и печаль. Чепуха!.. Кажется, я, как обычно, заблудился. Удивительная, феноменальная неспособность ориентироваться! Ориентироваться в пространстве и в людях. Почему же я писатель? Нет, нужно разобраться с самого начала. Мне было грустно, и я вышел, и самонадеянно направился в ресторан.