Мир приключений, 1969 (№15)

А сыр, колбаса и прочие признаки возрастающей зажиточности почему-то остаются на тарелках.

Грошев улыбнулся.

— Вы согласны? Так вот, кроме того, конечно, я этакая почти купринская Олеся во глубине родных лесов. Рыжая, языкастая и выпить не дура. Нет, честное слово, я люблю немного выпить. Тогда становлюсь слегка сумасшедшей. А все наши посетители — люди сильных профессий. Мне нравилось это. Но когда я влюбилась в совершенно негероическую личность, я их попросту отшила. Вас удовлетворяет мой ответ?

Николай разложил на столе фотографии и попросил:

— Вы не скажете, среди этих людей вы никого не знаете?

Зорина брала фотографии по одной, добросовестно их изучала и молча откладывала в сторону. Пересмотрела все и покачала головой:

— Нет. Ни одного знакомого.

И вдруг взяла портрет Ряднова, посмотрела на него издалека, отставив руку, и восхищенно протянула:

— Вот этот хорош.

Грошев подался вперед.

— Очень интересный мужчина. — И, положив портрет на стол, добавила: — Впрочем, я это говорю потому, что он похож на моего Сергея — такой же сумрачный и, вероятно, с таким же прямолинейным и потому нелегким характером. Тоже, наверное, жена души не чает.

— Скажите, а вам не знакома такая фамилия — Ряднов? Андрей Яковлевич Ряднов?

— Нет, — ответила она и, повторив «Ряднов», решительно подтвердила: — Нет, не знакома. Первый раз слышу.

— Может быть, вы слыхали это имя от отца или от его товарищей?

— Тогда бы я сказала, что оно мне знакомо.

Можно было идти окольными путями, наводящими вопросами пытаться поймать, «расколоть» Зорину, но он прекрасно понимал, что это бесполезно: Зорина слишком современная женщина, прямая, умная и честная.

Может быть, стоит говорить напрямую? И он решился: рассказал о вчерашнем посещении отца, о находках и своих подозрениях.

Зорина задумалась, потом решительно заявила:

— Прежде всего, извините. Не думала, что все так серьезно. И то, что я вам сейчас скажу, вероятно, страшно. Может быть, даже несправедливо, особенно если учесть, что так или иначе, а на нас с отцом тоже падает подозрение. Нет, нет, не перебивайте. Я убеждена, что почти все, — она потянулась к списку и постучала по бумаге ладонью, — могли проникнуть в наш дом и в наше отсутствие, тем более что нас с папой днем, как правило, не бывает.

— Почему?"

"— Видите ли... когда-то мы носили ключи с собой, и... либо я, либо отец их теряли. Мы стали оставлять ключи в условленном месте. Естественно, что наши гости, приходя с отцом или дожидаясь нас, очень скоро узнали, где мы храним ключи. И поэтому мы несколько раз заставали у нас на квартире веселые компании.

— Кого именно?

— Разные... Дело не в этом. Дело в том, что когда вы рассказали о странных следах в посадках, я сразу подумала об Алексее Рачко. Да. Не удивляйтесь.