Приключения Оги Марча

И так далее и тому подобное, глядя с неподдельной искренностью в глаза сидящих на складных стульях членов клуба.

Роль тренера идеально подходила Дингбату. Именно это ему и требовалось - произносить речи (его брат с успехом проделывал то же самое на официальных церемониях и банкетах), вытаскивать Нейлза по утрам из постели на пробежку в парке, добиваться своего лестью, тренировать, гоготать, хвастаться и подвергать сомнению оборудование в Трафтонском гимнастическом зале; он всегда гневно отстаивал свои права на площадку, подвесную грушу во время тренировок, когда лоснящиеся от масел тела сцепляются в ложном захвате в полутемных залах, где работают поляки, итальянцы, негры, мускулистые, потные, а рядом находятся их нарядные хозяева и любители прибыли. После того как Дингбат привел Нейлза в хорошую форму, они сели в автобус и на позаимствованные у Эйнхорна деньги отправились на восток, но уже из Солт-Лейк-Сити, оставшись без цента в кармане, прислали отчаянную телеграмму и вернулись домой изголодавшиеся, но полные достоинства. Нейлз выиграл два матча из шести, и в бильярдной из-за насмешек им было лучше не показываться.

На какое-то время Дингбат завязал с боксом; тогда случился массовый побег заключенных из тюрьмы в Джолиет, и он по призыву губернатора записался капралом в Национальную гвардию. Он производил неизгладимое впечатление в военной форме и походной шляпе с окантовкой, но не скрывал, что не хотел бы оказаться в патруле, который станет арестовывать Томми О'Коннора, Ларри Авиатора или Бигсби Гонсалеса, которыми восхищался.

- Заберись в канаву и затаись, кретин, - сказал ему Эйнхорн. - Только национальные гвардейцы окружат их раньше, чем ты улизнешь, и худшее, что тебя ждет, - бобы на обед в тюряге.

Председатель, чувствовавший себя последнее время не лучшим образом, крикнул с кровати:

- Подойди ко мне перед дорогой, Чарли Чаплин! - А когда Дингбат приблизился в бесформенных бриджах, отчего ноги казались кривыми, развеселился: - Идиот!

Дингбат же застыл на месте, сраженный таким непониманием. Военная форма столь напугала миссис Эйнхорн, что она заплакала, повиснув на шее Лолли Фьютер. Несколько дней Дингбат провел под дождем в лагере под Джолиетом, откуда вернулся похудевший, грязный, измученный; его сердитый взгляд свидетельствовал о страшной усталости. Однако он тут же переключился на Нейлза и договорился о матче в Маскигоне, штат Мичиган. Эйнхорн отправил меня с Динг- батом и Нейджелом проследить, как пойдут у них дела. Он сказал:

Эйнхорн был в восторге от своей идеи; если его желание способствовало доброму делу, он искренне радовался. Обратившись к отцу, он попросил:

- Отец, дай Оги десять баксов. Тот отправится по моей просьбе в небольшое путешествие.