Смерть приходит в Марлоу

– Я бы не стал верить словам этого человека. Стоит ему открыть рот, как из него начинает сыпаться ложь.

– Ему нельзя доверять?

– Он юрист, – сказал Крис так, словно это все объясняло. – Но в этот раз он не преувеличивал. В тот день я работал в саду, а сэр Питер и Тристрам спорили в кабинете. Если честно, тогда их ссору я не воспринял всерьез.

– Что именно вам удалось услышать?

– Они очень громко ругались. Окна в кабинете были закрыты, но я все равно ясно их слышал, даже стоя в другой стороне сада. Сэр Питер кричал что-то насчет яда – он говорил, что больше у Тристрама не возникнет соблазна его отравить, потому что впредь он будет запирать дверь в свой кабинет на замок. По крайней мере, до свадьбы, а потом станет уже слишком поздно.

– Сэр Питер думал, что Тристрам собирается его убить?

– Я бы не стал воспринимать это всерьез. Сэр Питер всегда слетал с катушек по любому поводу и любил сыпать безумными обвинениями. Ему нравилось из всего устраивать драму. Он часто скучал, так что ему приходилось искать способы развлечь себя.

– Но он правда сказал, что будет закрывать свой кабинет на замок, чтобы не давать Тристраму соблазна его отравить?

– Что-то вроде того. Но это неважно, не так ли? Никто никого не отравил. На сэра Питера упал стеллаж моего дедушки – так мне сказали. И как бы сильно Тристрам ни ненавидел своего отца, он никогда не поступил бы с ним так, в этом я уверен. У него бы духу не хватило. Не дайте этому позеру вас одурачить. На самом деле он совершенно бесхребетный. Такие, как он, добровольно вступают в секты. По-моему, он и сам не знает, кем хочет стать.

– Но именно такой человек мог бы использовать яд, не так ли? – спросила Джудит.

– Это да, думаю, таким образом он и убил бы кого-нибудь, если бы захотел: действовал бы издалека, как трус. Не захотел бы пачкать руки. Если честно, не думаю, что ему вообще приходилось пачкать руки. Он никогда и не работал-то по-настоящему. По мне, так он поленился бы и стеллаж толкнуть.

– Вы рассказали полиции о том, что Тристрам и сэр Питер ругались из-за яда? – спросила Джудит.

– А зачем? С тех прошло несколько месяцев. И за это время сэра Питера никто не отравил, – ответил Крис и повернулся к бармену: – Можно записать пиво на мой счет?

– Конечно, – ответил тот.

– На этом наш разговор окончен, – обратился Крис к женщинам.

– Последний вопрос, – произнесла Джудит, когда он направился к выходу. – Что именно было написано в новом завещании сэра Питера?

Крис остановился на пороге.

– О чем вы говорите?

– Эндрю Хасселби сказал, что вы были свидетелем сэра Питера.

– Тогда почему бы вам не спросить об этом у Эндрю?

– Он сказал, что не знает о содержании завещания. Сэр Питер ничего ему не показал.