Свадьба по приказу, или Моя непокорная княжна

До самого рассвета ворочалась с боку на бок и только когда первые лучи начали золотить треугольнички паркета, просачиваясь в щель между шторами и полами, уснула, сморенная усталостью.

Из беспокойного забытья вынырнула внезапно. Подскочила, открыв глаза, разом вспомнив все, что вчера произошло, и… увидела аджана. Он сидел, забившись в камин, и смотрел на меня немигающими бусинами-глазами. Мрачный, нахохлившийся и как будто даже… обозленный?

Подскочив, бросилась к темному зеву камина, в котором слабо дотлевали угли, и на выдохе спросила:

— Чет, ты как? Живой?! Что он тебе сделал?! Что я могу для тебя сделать?

— Все в порядке, — буркнул хранитель, не спеша выбираться из золы.

— А по тебе не скажешь, что в порядке. Где ты пропадал?

— Зализывал раны, залечивал увечья, — ответил он резко, почти огрызнулся, и еще больше нахохлился.

— Все настолько серьезно? — одними губами прошептала я, скользя лихорадочным взглядом по тельцу аджана.

Если и были раны, то алая шерстка их надежно скрывала. С виду цел и невредим, а там… кто его знает.

— Все в порядке! — повторил он раздраженно и в одно мгновение переместился в другой конец комнаты."

"— Тогда что с тобой такое?! — Я поднялась с колен, вопросительно уставилась на развалившегося в кресле хранителя.

— Я тебе говорил сидеть дома? Говорил. А ты что, краса моя? Сидела? Нет! — рыкнул чертяка, вдобавок негодующе сверкнув глазами. — Ускакала на ярмарку горной козочкой и к чему это твое «я только немного развеюсь» привело?

— Откуда же мне было знать, что один из людей Ключевского желает мне смерти!

— А падение с лестницы тебя на эту светлую мысль не натолкнуло, не?

Аджан имел полное право обижаться, но и мне вдруг тоже стало обидно. Это что же получается, мне теперь носа из комнаты нельзя будет высунуть, потому что кому-то приспичило сжить меня со свету? Забаррикадироваться ото всех и ждать? Вопрос: чего? Спасение утопающих, как известно, дело рук самих утопающих, и сидеть, сложа эти самые руки, я не собираюсь! И прятаться в нору тоже! Еще больше буду заниматься и не успокоюсь, пока не подчиню все свои стихии. А там уже и домой смогу вернуться, и от врагов, если потребуется, отобьюсь. Так буду отбиваться, что уже они окажутся под угрозой развоплощения!

С этими воинственными мыслями я приступила к зарядке.

— Они… он теперь знает о твоем даре, — спустя минут десять подал с кресла голос чертяка. — Ну, тот засранец, что напал на тебя.

— Знаю, что знает, — ответила я, складываясь пополам, легко и быстро: тело Софьи стало очень пластичным.

— Вряд ли они остановятся.

— И это я тоже понимаю… А значит, надо искать способ вернуться в Московию к концу июля, чтобы провести ритуал. В другом мире до меня уже точно не доберутся.

Чет ничего не сказал.