(не)желанный брак, или Космический приют для хищных растений

Приятное чувство нужности и важности.

Не ощущая особого голода, я сняла пробу бульона, жидкость тут же обожгла воспалённое горло.

— Больно глотать, — призналась я, — горячее.

— Хм, перегрел. Сейчас, детка.

Забрав тарелку, он снова исчез в коридоре.

Закашлявшись, я взглянула в окно. По куполу медленно ползали насекомые. Теплица плотно закрыта. Через её прозрачные стены я видела, как на саженцах деревьев набухают почки. Прижились.

Снова шаги из кухни. Вернулся муж.

— Готово, Даллия. Разбавил с холодным, — Калеб вновь поставил передо мной на табурет тарелку. — Пробуй.

Я отправила в рот ложку бульона, за ней вторую..., и сама не поняла, как уничтожила всю похлёбку.

— Вкусно! — искренне поблагодарила своего кормильца.

— Ещё бы, я прекрасно готовлю, — похвалился он с задором в голосе.

— А я только учусь, но рыбу уже пожарю.

— Это хорошо, Дали. Вместе мы создадим национальную кухню Кеплера.

— Интересные у тебя планы, — я откинулась на подушки.

— А я теперь официально повар, — вытащив из кармана штанов дубликат паспорта, что выдали мне ещё на Ио, Калеб активировал его в разделе специальность.

— Хек, — хохотнула я, — вот это резкие перемены в карьере.

Забрав из его рук пластиковый документ, я не узнавала его. Всё изменилось. Кроме фото и имени. Вчитываясь в строчки, сообразила, что мой мужчина провернул со своим заключением какую-то грандиозную спецоперацию.

— Расскажешь? — прищурившись, вопрошающе уставилась на него.

— Будет время — всё распишу в деталях, — нехотя пробубнил он, но сразу стало понятно

— обманывает. Г оворить не желает. Ну ничего, расколем.

— Когда я подписывала брачный договор — спросила тебя о подвохе.

— Он в твоих руках, — Калеб смотрел на меня насторожено.

— Значит, наш брак...

— Законный, конечно. Наш брак для меня, Дали, подарок судьбы. И выигрыш вовсе не этот кусок пластика и не земля. Я получил тебя. Это то, что действительно важно.

Глава 33

И снова утро, а может и день.

Я восстанавливалась очень медленно. Просыпаясь, видела рядом с собой мужа, Жирю или Лапушку. Они словно караул держали у постели.

А ночью Калеб сражался с лихорадкой. Она возвращалась вновь и вновь, но уже не столь сильно мучила. Болезнь отступала, правда, нехотя. Лекарства, мази делали своё дело. Мой мужчина упрямо растирал мою грудь и стопы, не слушая протесты и жалобы. А под утро мы засыпали в объятьях друг друга. Холод, я забыла о нём. Прижатая к мощной груди своего мужчины, испытывала разве что смущение и огромное удовольствие.

Но вместе с тем я ловила себя на мысли, что всё правильно и по-другому никак.

Калеб словно всегда был в моей жизни. Удивительно, как за такое короткое время мы сплелись воедино. Стали родными.

Из сонной задумчивости меня вывел стук молотка.