Та, кто приходит незваной

Итак, больше никаких встреч с Лилей, никакой переписки. Ты обещаешь?

– Обещаю.

– Никаких сценариев больше, никакого соавторства. Это тоже мое условие.

– За сценарии хорошо платят, – напомнил Евгений.

– Плевать. У нас пока есть деньги. Да, вот еще что. Никакой съемной квартиры – разорви контракт с тем, кто ее сдает.

– Хорошо. Что еще?

– Все, – кивнула Ира. – Ленечка, детка! – крикнула она в полный голос, так, чтобы сын услышал ее. – Десятый час. Умываться и спать!

…Ночью.

Они до сих пор спали в одной постели, хотя не прикасались друг к другу с того самого дня, как Ирина узнала всю правду о муже и его соавторше.

Но сегодня Ира решила переступить черту. Вернее, переступить себя. Она знала, сколь важен секс для мужа. Он жить без него не мог. Это раз. И потом, пусть это будет испытанием. Пусть муж докажет, что ему важна семья. Пусть!

Она повернулась на бок, обняла мужа сзади. Кажется, он вздрогнул. Наверное, не ожидал подобного развития событий. Некоторое время лежал неподвижно, потом повернулся, провел ладонями по Ириному телу.

Она торжествующе улыбнулась (как хорошо, что в темноте ничего не видно) и прижалась к его губам с поцелуем. И опять ей показалось, что он вздрогнул и некоторое время сомневался… Но потом Евгений ответил на ее поцелуй.

Как ни странно, но происходившее доставляло Ире удовольствие. Подумаешь, Женя изменял… Сейчас он принадлежит ей, законной жене. Она опутает его своей близостью, словно паутиной, она опустошит его. У него ничего не останется для других.

Да, да, раньше Ира была не права. Как женщина, как жена, ограничивая Евгения в «этом». Теперь запрет надо снять, теперь – никакого регламента.

– Быстрее. Еще. Сильнее. Еще! – командовала Ира. Она сама не ожидала, что так заведется. Была уверена, что вряд ли когда испытает нечто подобное в ближайшие-то годы.

А тут… Правы те, кто осуждает перфекционизм. А, плевать на все! К черту щепетильность, к черту чистоплюйство, если уже от себя самой с ума сходишь…

Ира вертелась, выгибалась, сворачивалась змеей, распрямляясь струной. Она могла и так, и так, и этак…

А Лили Марлен несчастная, в состоянии ли та повторить нечто подобное? Да ни в жизнь!

Вот оно, совсем близко. Сейчас!

– Еще. Еще. Еще! А…

Иру накрыло волной блаженства, она билась в судорогах, пока не затихла.

«Ты мой!» – подумала она, засыпая рядом с мужем почти счастливой.

* * *Это был конец, конец всем отношениям, их семейной жизни, всему. Сергея преследовало отчетливое ощущение этого самого конца, края – мужчина как будто стоял у обрыва и глядел вниз, в пропасть. Дальше пути уже нет.

И вот вопрос: что делать дальше? Ничего не замечать, оставить все как есть? Нельзя. Глупо.