Беда не приходит одна

Тащить ее с нами в столицу смысла нет: очень опасно как для нее, так и для нас. Она, видите ли, еще одна слабость нашей тройки.

Раф, естественно, был против. Они с Велором в один из его визитов громко ругались, пока супруг действительно не рассердился. Несмотря на то что теперь Алю искать никто не будет, ей могут сделать что-то плохое из-за того, что она важна для Славы.

На мои попытки подробнее разузнать у Велора о грозящих опасностях мне ответили только: «Зачем тебе?»

В такие моменты дракон меня бесил, как никогда.

Последней каплей стало то, что мне сообщили – на этот год наши встречи временно прекратятся. И в Миринге проводить свои отпуск и увольнение я не буду.

Боль, которая пронзила мое сердце, навела меня на мысль о сердечном приступе. Я скривилась, но ничем больше своего волнения не выдала. Молча встав, вышла из комнаты и направилась на улицу. Мне нужен был свежий воздух. Очень, очень нужен.

На пороге дома меня перехватили Дима и Слава. Оба в панике от ощущений, которые сейчас были одни на троих. Но на свои вопросы ребята так и не получили ответов. Последнее, что отметила, – странный, непонимающий взгляд Али.

Но мне было все равно. Оттолкнув руки ребят, я пошла прочь, ничего не видя перед собой.

Не знала, что происходило, но сил уже не было ни на что: метания вымотали меня. Если ему есть что мне сказать, пусть скажет прямо!

Шагая по траве в сторону леса, я не задумывалась о том, куда направляюсь.

Мои мысли сосредоточились на другом. Меня переполняли воспоминания о том, что чувствовала, когда попала сюда: страх, шок, желание бороться. Сейчас ничего этого уже не было.

Тогда я думала: у меня проблемы. Но нет, тогда у меня были трудности. Проблемы наступили сейчас.

Теперь от меня ничего не зависело. Меня поставили на колени, когда случился приворот. Обманывая себя, мы боролись, старались все поправить, все изменить. Смешные…

А теперь стало больно. Может, это нелогично и, если следовать доводам рассудка, все правильно. Только мне не было дела до доводов рассудка. Я не знала, любит меня Велор или сбросил приворот. Почему он так бездушен и малоэмоционален? Почему не хочет, чтобы я появлялась в Миринге? Дело в моей безопасности или нет?

Факт один: от меня ничего не зависело. Мне было больно, но что-то изменить я оказалась не в силах. Хотела все исправить, но, казалось, ничего уже не вернуть.

О страшном исходе, о том, что Велор сбросил приворот, я думать не хотела.

Человек счастлив тогда, когда думает, что он что-то контролирует. Я же не властна ни над своими чувствами, ни над обстоятельствами.

И боже, как это больно! Ничего не могла, ничего не знала, ни в чем не была уверена.

Сорвавшись, я понеслась прочь. Бежала… бежала что есть силы. Кровь стучала в голове, сердце болело.