Беда не приходит одна

Несколько секунд – и меня обхватили руки Вуку, чтобы тут же аккуратно поставить на каменный бортик.

– Уф… Что теперь? – выдохнула я.

– Открываем окно, только тихо.

Я подошла к раме и для начала просто толкнула ее от себя, она, как ни странно, отворилась. Никакой защиты. Безответственно это, мало ли кто может влезть в окно.

Судя по тишине и темноте в комнате, Надим спал.

– Ну, давай! Удачи! – шепнула я Вуку.

Прикрыв глаза и замерев на несколько секунд, вампирша решилась и полезла в окно. Спустившись с подоконника, она начала раздеваться.

Наблюдать общение влюбленных я не подряжалась, поэтому сдвинулась чуть в сторону, прислушиваясь. Удалась затея или нет?

Раздалась приглушенная возня. Вуку вскрикнула и прошептала:

– Это я! Аккуратнее с заклинанием.

Значит, Надим спит с взведенными заклинаниями? Занятно.

– Что ты тут?..

Дальше голос преподавателя смолк. Рассмотрел.

– Выгонишь?

– Я…

– Сама не уйду.

Послышалось шуршание на постели, затем – стон капитуляции демона.

Я довольно улыбнулась.

Так, теперь нужно попасть обратно. И как это сделать? Спуститься – не забраться. И надо поторапливаться: стоны из приоткрытого окна все громче и громче.

Своими силами я не поднимусь, значит, нужно припоминать подходящее заклинание. Ну же, Надя, как тебя учили. Ты – одна, на черт-те какой высоте, и помочь некому. Какое заклинание ты выбрала бы?

Мм… А если сматывания?

Прошептав нужные слова, я подзабыла про скорость и, взвизгнув, чуть не выпустив веревку, рванула вверх. В окно своей комнаты я не забралась – влетела, плюхнувшись на подоконник.

Раздался визг.

Я вскочила, не понимая, где режут свиней.

Спрыгнув с того места, где только что была я, хранитель, визжа, наматывал круги по комнате.

– Что ты разрываешься? Что произошло?

Заметив, что дракончик поджал хвост, я подошла и, сграбастав тяжелую тушку на руки, прижала к себе.

Тот настороженно замер, еще сильнее поджав отдавленную конечность.

– Я нечаянно. Пойдем помогу.

Дракон в моих руках задергался. Когти он выпустить не мог, а без них лапы проскальзывали, не принося желанного результата. Поскуливая, Гена приготовился к худшему, но я лишь внесла его в ванную и опустила хвост в таз с холодной водой и с хранителем на руках присела рядом.

Зверь опасливо косил на меня глаза.

– Не переживай: больных и покалеченных не бью.

Чешуйки на дракончике начали приподниматься, из горла рвался рык.

– Будешь огрызаться – замочу в тазике.

Чешуйки опали, и тем не менее я чувствовала: в дракончике клокотал гнев. Ну, вот не ладятся у меня отношения с живностью. Что тут поделаешь?

Когда Гена немного расслабился и я предположила, что боль ушла, перенесла хранителя на его место и, закрыв окно, задумчиво посмотрела на звезды.