Приграничье

В сопровождении мрачных здоровяков и нервных живчиков прохаживались девицы не самого тяжелого поведения, вовсю терзали струны уличные музыканты, а желавшие перекусить всегда могли прикупить пирожок, шаньгу или чебурек у сновавших в толпе лотошников. Зазывалы драли горло, привлекая народ к площадке для проведения кулачных боев, а букмекеры принимали у всех желающих ставки на исход поединка.

Но веселье действительно еще только начиналось: тех, кто работал, пока было не меньше отдыхавших. Таскали тяжеленные торбы с инструментами и наборами подков и гвоздей от одного постоялого двора к другому подмастерья кузнеца. Торопился до темна закончить обход пациентов лекарь. Стремительно носились подрабатывавшие курьерами мальчишки. Солидно вышагивали в сопровождении телохранителей купцы. Охранников караван-сарая и карманников среди праздно шатавшейся публики тоже хватало. Как же без них на празднике жизни?"

"Идти пришлось недалеко. Официант провел нас к покосившемуся бараку и сдал с рук на руки фиксатому. Тот показал выделенный закуток, отгороженный от общего зала ширмой — хорошо хоть народу здесь собиралось ночевать совсем немного, — и многозначительно потер большим пальцем о средний и указательный.

— На улице подожду. — Заметив, с каким скептицизмом я осматриваю барак, он решил не мозолить нам глаза.

Илор молча улеглась на один из расстеленных прямо на полу тюфяков и закрыла глаза. Во нервы у человека! Точнее у нечеловека. Просто-таки нечеловеческие. Я, когда над дверью подкову Проклятых приметил, порядком струхнул. Она ж на всех нелюдей реагировать должна! А Илор хоть бы хны. Просто вошла и даже глазом не моргнула. И артефакт не сработал…

Ладно, надо расплатиться за ночлег и самому баиньки. И пусть обстановочка здесь не ахти, но мне и не в таких гадюшниках ночевать доводилось. Сухо и тепло — вот что главное. Я достал из кармана пачку долларов, отсчитал сорок банкнот, потер их о грязный пол, помял в руках и, удовлетворившись полученным результатом, вышел из барака.

Фиксатый с недовольной миной принял деньги, пересчитал и только тогда уже возмутился:

— Что ты мне эти бумажки суешь? Куда я их дену? Золото давай!

— Какие проблемы? Любой купец из Форта возьмет! А хочешь — в представительстве Торгового союза на золото обменяй. В Еловом, точно знаю, от них кто-то работает.

Цыкнув, фиксатый свернул банкноты, сунул в карман штанов и отправился по своим делам, указав перед этим на меня дежурившему у двери охраннику:

— У него до восьми утра оплачено.

Возвращаться в душный барак я не стал и отошел к стоявшей у сиреневого куста скамейке. Надо, пока время есть, дальнейшую политику партии выработать. А то плыву по течению, как кусок отходов жизнедеятельности. Неправильно это.