Приграничье

 — То им дай, это им обеспечь, права не ущеми. Измененные… Твари драные!

— Ты только не начинай, — скривился лейтенант. — Это в Городском совете хорошо сидеть и щеки важно надувать, но ты-то сам все видел. Куда их выселишь?

— За сто первый километр, — буркнул колдун.

— Да они за неделю передохнут! — развернулся к нам лицом проснувшийся санитарный инспектор.

— Пусть дохнут. Нашим легче.

— Легче, кто спорит, — зевнул работник СЭС. — А волчатников куда девать? Они же через раз заразные! А жабов? А амеб? Или может, тогда прямо здесь газовую камеру построить? Чтоб заразу не разносили.

— Хорошо бы, — вздохнул колдун, — но не получится. Общественность не поймет. Вот лет пять назад…

— И пять лет назад не получилось бы, — не согласился с ним санитарный инспектор. — Это ж геноцид. Да весь Форт на уши встанет. Пусть уродов никто терпеть не может, но политика есть политика.

— Так! — опомнился вдруг лейтенант. — Никаких уродов чтоб я больше не слышал! Даже в разговорах между собой. С двадцатого апреля они официально «измененные». А то услышит кто из администрации, замучаемся объяснительные писать."

"— Говорят, у уро… тьфу ты, у «измененных» банда своя появилась, — упершись руками в стол, я покачался на табурете.

— Банд у них всегда хватало. — Лейтенант поднял с пола закопченный чайник и вручил его вернувшемуся с улицы Лехе. — Только раньше они своих трясли, а теперь и в город нос совать пытаются.

— Недавно еще отряд самообороны при администрации организовали. — Колдун взял из пачки папиросу и, щелкнув по ней пальцем, раскурил. — Это все несерьезно. Вот кто создает проблемы, так это «Черный январь».

— Это который «Свободу измененным»? — догадался я.

— Они, бомбисты хреновы. Весь район на уши поставили.

— Узнать бы кто их подогревает, — мечтательно прищурился лейтенант. — Ох, я бы с этими спонсорами по душам поговорил.

— Взрывчаткой подогревают?

— Взрывчаткой, деньгами, инструкторов наверняка засылали. Пепельницу возьми, — укоризненно посмотрел лейтенант на колдуна, который после нескольких затяжек, затушил папиросу о столешницу. — Правильно бомбу установить — это уметь надо.

— Я вот думаю, это вовсе не уроды взрывы устраивают, — проигнорировав распоряжение лейтенанта насчет «измененных», предположил санитарный инспектор.

— Будь, Гоша, ты моим подчиненным, сейчас бы по периметру побежал на время, — рыкнул на него лейтенант.

— А что такое?

— А то такое! О чем я минуту назад говорил?

— А!

— Бэ.

— Местные идут, — положил Степан руку на пулемет. — Четверо. Ромб и охранники.

Гревшиеся у буржуйки солдаты сняли с нее чайник и разбежались к бойницам. Колдун намотал на кулак цепь с серебряным амулетом.

— Ромб — это кто? — поднялся я с табуретки.

— Один из местных заправил.