Приграничье

 — Забегу еще как-нибудь.

— Счастливо.

Я развернулся и зашагал к стоящему посреди площади памятнику — Обрубок на своем месте уже должен быть. Так кого же все-таки встретил Вениамин? Меня? Почему я ничего не помню? А если не меня, то кого? Неужели кто-то мою личину нацепил и по Форту шлялся? Стоп. А почему шлялся? Быть может, правильней — шляется? Найду гада — удавлю.

На площади Павших оказалось многолюдно. У выстроенных с одной ее стороны торговых палаток расхаживали покупатели, расхваливали товар продавцы, с коробками в руках от складов к ларькам бегали грузчики. Зазывалы пытались привлечь людей в магазины, кафе, игровые залы и прочие сомнительные заведения, расположенные в «Кишке». Торговый день в самом разгаре. И только несколько нанятых Торговым союзом охранников, встав в кружок, о чем-то переговаривались, курили и делали вид, что приглядывают за порядком.

Обрубок оказался на своем обычном месте. Продававший ножи калека сидел на каталке перед расстеленной на асфальте клеенке с ножами и, что-то неразборчиво бубня себе под нос, раскачивался из стороны в сторону. Что это с ним? Зубы болят?

— Привет. — Я остановился рядом и, нахмурившись, начал разглядывать разложенные на клеенке ножи. Что за ерунда? Раньше понимающие люди ножи у Обрубка специально заказывали, а этим хламом даже картошку нормально почистить не получится. Хотя нет, вон неплохой стилет лежит и этот метательный нож ничего себе. Кинжалы утиль, зря только сталь перевели.

Да, с Обрубком явно что-то не то. Весь скукоженный какой-то. Нечесаный. Глаза красные, как у кролика, и только что не гноятся. Худые руки чуть ли не по локоть высовывались из рукавов обтрепанной и испачканной белыми пятнами «аляски».

— Скользкий! — с непонятной радостью в голосе выдохнул Обрубок и, потянувшись, ухватил меня за штанину джинсов. — За «Магистром» пришел?

— Да нет… Спасибо, что тогда помог, но больше не надо.

— Нет? Купи ножи, дешево отдам! Только для тебя со скидкой! — с каким-то лихорадочным страхом, что я развернусь и уйду, заканючил калека, продолжая сжимать мою штанину. — Купи, а…

— Ну, я посмотрю, — ничего не понимая, замялся я. Да что с ним такое? — Как-то лучше товар у тебя раньше был.

— Ножи — это не главное. — Обрубок огляделся по сторонам. — Как насчет дозы «счастья»?

— Чего?.. — сначала не понял я, а потом дошло: да он же на наркоту подсел! Доза «счастья». Вот оно как. — Не, наркотой не интересуюсь.

— Да ты постой, — всхлипнул Обрубок и свободной рукой вытер слезящиеся глаза. — Я тебе ж на пробу — почти даром. Попробуешь — сам поймешь. Это же счастье, Лед, счастье! Вот ты когда-нибудь счастлив был? Это оно и есть, и даже больше!

— Не интересует, — выдернул я штанину из его пальцев.