Приграничье

Век бы их не видеть. Значит, в Форт. Только сначала придется за Ветрицким завернуть.

А смысл? Даже если рейнджеры его в яме не заметили, одному мне его оттуда не вытащить.

Неважно, надо за ним зайти, и все тут.

Не гони, зачем время терять и рисковать наткнуться на снежных людей?

Считаешь, лучше оставить парня в яме замерзать? Без посторонней помощи он не выберется.

Его проблемы. Мне никто никогда не помогал.

Стоп, а Ермолов, Ян Карлович, Гамлет? Они как?

А у них свой интерес был.

У тебя тоже есть — камень портала в яме валяется, да и возвращаться одному в Форт не очень хорошо. Замучаешься с начальством объясняться, где бойцов растерял. Так хоть один свидетель будет.

Оборвав внутренний диалог, я натянул нитяные перчатки и тихонько проломил заледенелую корку наметенного снега. Солнечные лучи подсвечивали небо нежно-розовым оттенком. Только светает? Я что, почти сутки в пещере провалялся? Быть того не может. Или может? Аккуратно расширив отверстие в обледенелом снеге, я вылез на восточный склон горы и прижался к скальному выступу, прикрывающему выход из подземелья. Вроде никого. Оно и понятно: после такого взрыва выживших никто искать не станет. Зуб даю — рейнджеры свалили еще до того, как пламя опало. Но все равно по дороге идти слишком опасно, надо к лесу двигать.

Скатившись по склону, я постарался как можно быстрее миновать открытое пространство рядом с горой и добежать до деревьев. Фу, совсем запыхался. Хорошо, что сегодня чувствую себя более-менее нормально. Бок, конечно, болит, но если учесть вчерашние события — это просто ерунда. Минут через десять блуждания по лесу мне удалось выбраться на заметенную снегом охотничью тропу. Лучи высоко поднявшегося солнца мелькали сквозь полупрозрачные синеватые листья. Серебристый иней покрывал ставшие белоснежно-ледяными ветки. Лес казался замерзшим и ожидающим прихода весны. А ее и не будет… Подойдя по тропинке почти к самой дороге, я углубился в лес и начал пробираться к тому месту, где вчера мы нарвались на засаду снежных людей. Из-за деревьев уже показался холм и высокие стебли крапивы. Вот здесь надо поосторожней — одному ни от дикарей, ни от рейнджеров не отбиться. Не должны они были засаду устроить, но мало ли. Развязал ушанку и прислушался: тишина. Ну что, рискнем? Рискнем, куда деваться.

Я распластался на снегу и, стараясь не шуметь и не качать стебли, заполз в заросли крапивы. Яма где-то здесь. Изменивший направление ветер донес запах мертвечины. Точно почти добрался. Впереди в траве показалось какое-то светло-синее пятно. Коля? Отсюда лица не видно — человек сидит ко мне спиной. От дороги за ним остался след из примятых и поломанных стеблей крапивы.