Приграничье

— А тебя как, старфой? — каким-то образом Мишка распознал во мне командира.

— Лед.

— …мать! — вырвалось у Макса, когда сани ухнули в выбоину, и он приложился отбитой ногой о дно. — Полегче нельзя? Не дрова везешь!

— Фто за жизнь? — Возница пропустил возмущение Макса мимо ушей. — То волки, то мертвь ходячая, теперь еще и сугробники!

— А что с волками? — заинтересовался Макс. Наверное, тоже вой слышал.

— А житья от них никакого не стало, от волков-то, — сморщился Мишка. — Сбились в стаю пастей в тридцать и уже на людей кидаются.

— На людей? — не поверил Николай. — Волки же с человеком не связываются?

Мы с Максом только переглянулись. Не связываются, ну-ну…

— О том и речь! — закивал Мишка и почесал куцую рыжеватую бородку. — Не зря про оборотня болтать начали! Оборотень завелся, зуб даю.

— Прям оборотень? — хмыкнул я. — Не волколак?

— Нефто мы с волколаками дел не имели?! — оскорбился возница. — Почитай в каждом дому по фкуре! Оборотень это! И на людей волков специально науськивает, не по нутру ему, когда другим хорофо. Злоба его точит. Батюфка на профлой проповеди прямо сказал: «Пока не изничтожим это сатанинское отродье, житья нам не будет».

— Ну, священнику видней, — усмехнулся я. В каждом доме! Я что, в Волчьем логе не был?

— Не верифь? — почувствовал в моих словах усмешку Мишка. — Сам увидифь. Нефто к нам со всего Приграничья охотники просто так собрались? О Диего Следопыте слыфал? А об Айболите? То-то же…

Я только присвистнул. Если он нам лапшу на уши не вешает, дело серьезное. Эти товарищи по мелочам не размениваются. Задумавшись, я чуть не схлопотал дулом ружья по носу, когда полозья телеги соскользнули в раскатанную колею. Уберу-ка я его от греха подальше. После того как лыжи были сдвинуты в сторону, места для штуцера вполне хватило.

— А сотенку золотом за голову оборотня я тоже выдумал? — продолжал горячиться Ряхин. — Приедем, сам об этом охотникам скажефь.

— Да верим мы вам, верим, — откликнулся Макс, вцепившийся в борт саней. — А чего вы этой дорогой едите? Разве через Ляховскую топь не короче?

— Дак я из Елового возвращаюсь, — объяснил возница. — А через топь дорога даже хуже.

— Куда хуже-то? — простонал Макс. — Колдобина на колдобине!

— Здесь колдобины. И там колдобины, — начал Мишка, обернулся и подмигнул. — Но здесь простые колдобины, а там они через букву «ё». Понял?

— И часто мотаться приходится? — Николай облокотился на свой рюкзак, пристроив лыжи между собой и Максом.

— Когда как, — степенно проговорил Ряхин. — Когда товар есть, каждую неделю. А раньфе и два раза получалось оборачиваться.

— Что возите?

— А, ерунду всякую, — отмахнулся Мишка. — В основном съестное.