Приграничье

Другой вопрос на повестке дня стоит – возвращаться ли за своими подельниками? Координатор, сволочь, туману напустил, но зачем бы ему врать было? Тем более что и Напалм и Ветрицкий – товарищи, мягко говоря, скрытные. Пиромант мутный какой-то в последнее время, Николай, тот и вообще странно себя ведет…

Вот только возвращаться за ними придется в любом случае – там распечатки СЭС остались. А есть у меня одна идейка, которую стоит проверить. К тому же Напалм обещал насчет побега из Форта через своих знакомых разузнать. И не стоит забывать, что помимо слуг Стужи мной еще масса народа интересуется. Начиная дружинниками и сектантами и заканчивая Сестрами Холода и цеховиками. Интересуются, да…

Но если подозрения координатора не лишены оснований… Нет, надо бы как-нибудь подстраховаться.

Когда я вернулся на Торговый угол, там, как обычно, торчала оставленная прямо посреди перекрестка «газель» с синими полосами на бортах. Злые дружинники без особого азарта обыскивали водителя припаркованного на обочине грузовика и внимательно изучали документы на ржавые железные бочки, которыми был забит кузов полуторки. Все же заступившие на дежурство охранники наблюдали за этим безобразием, спрятавшись от лучей лазурного солнца под навесом одного из пустовавших торговых павильонов.

– Работаете еще сегодня? – перебежав дорогу, уточнил я у настороженно оглядевших меня парней.

– До обеда. Завтра выходной, – поежился от пронзительного порыва ветра один из охранников.

– Понятно, – кивнул я и, заметив заинтересованный взгляд залезшего в кузов грузовика дружинника, быстренько заскочил в торговавшую амулетами лавку с претенциозным названием «Серый святой». И, растирая покрасневшее лицо, пожаловался вышедшему на звон колокольчика хозяину лавки: – Собачья погодка на улице. Ветер насквозь продувает, лазурное солнце еще…

– Вы к нам раньше заходили? – внимательно поглядел на меня худощавый мужчина в круглых очочках с толстыми линзами. В своем строгом костюме среди витрин с образцами амулетов он казался, по меньшей мере, хранителем музея.

А витрин было немало. И чем дальше от входа, тем разнообразней становились лежавшие в них талисманы. Деревянные, керамические, фарфоровые, металлические и выточенные из драгоценных камней. Гладко отполированные и покрытые сложной гравировкой или рунами. Грубые поделки и настоящие произведения искусства. Неподготовленный человек от такого разнообразия мог запросто растеряться, но для начала внимание следовало обратить на цвет задников. Синий цвет говорил о том, что амулет сработан колдунами, желтый – чародеями, серый – магами, красный – алхимиками, а черный – и вовсе неизвестно кем. Раньше, помнится, еще зеленый был, а теперь ни одной вещицы ведьмовской работы не вижу.