Список приговоренных

– Он мне позвонил, сказал, где находится и что с ним сейчас. – Анна грустно усмехнулась. – Правда, сказал, чтобы я сидела, носа не высовывая. А я подумала так: что будет – то будет… Раз уж он задержан полицией, то какой смысл прятаться мне? Что ж теперь поделаешь? Посадят так посадят… Надеюсь, суд учтет, что через семь месяцев я стану мамой.

При этих словах Мостюха ошалело замер, широко раскрыв глаза.

– Аня, ты… беременна?!! – осипшим голосом спросил он, не веря услышанному.

– Надеюсь, тебя это не огорчило? – с лукавым кокетством повела головой Узинцева.

– Какое огорчило?! – Виталий замахал руками. – Да я… Я все боялся, что у нас с тобой вообще никого не будет. Ну-у… Как сказать? Были сомнения, потому что…

Анна понимающе рассмеялась:

– Потому что у нас с Поплеукиным не было детей? Так это он всегда был против, как идейный «чайлдхейт». Скажите, господа полицейские, на ваш взгляд, что нас может ждать с Виталием? – Посерьезнев, Узинцева вопросительно взглянула на оперов.

Лев чуть развел руками и задумчиво обронил:

– Так вот сразу, с кондачка, и не скажешь…

Тем не менее, рассудил он, о реальном сроке для Анны говорить было бы преждевременно. То, что наговорил Виталию шантажист, выглядело откровенным враньем. Как они с Крячко уже успели убедиться, заказчики устранения Зубильского очень эффективно пользовались наглой дезинформацией.

Вот у Мостюхи положение было гораздо серьезнее. Но и здесь суд мог принять во внимание то, что он был введен в заблуждение шантажистом и совершил преступление не по собственному умыслу, а, скорее, по неосторожности. Да и три года, проведенные за решеткой без вины, суд наверняка примет во внимание. Правда, теперь придется проводить повторное расследование истории с наркотиками, с выяснением истинной роли экс-депутата Поплеукина…

– Кроме того, надо иметь в виду, что ему придется отвечать еще и за свой сумочный «промысел»… – вступил в разговор Крячко, который, как по его лицу сразу же определил Гуров, уже успел проникнуться к этой паре симпатией и сочувствием. – Вот с учетом этого – да, накрутить могут гораздо больше.

– Опять-таки! Решение суда может смягчить возмещение потерпевшим нанесенного им материального и морального ущерба, – добавил Лев, взглянув в его сторону.

– Да, вы правы! – обрадовалась этой мысли Узинцева, присаживаясь на койку рядом с Виталием. – Потерпевшим мы все выплатим. Я все продам – и дом, и квартиру… Найму самых лучших адвокатов!

Когда опера, закончив разговор, собрались уходить, Анна снова спросила:

– Лев Иванович, а Виталия, когда он подлечится, отправят в тюрьму?

– Ну, не в тюрьму, а в следственный изолятор, – поправил Гуров.