Список приговоренных

– Может, шпиков и их заказчика «попрессовать»? Вдруг у них что-нибудь удастся выяснить? – вслух предположил Станислав. – Да и эти недотепы-киллеры у нас есть. Их тоже надо бы отработать до конца…

– Надо, обязательно надо… – все так же расхаживая из угла в угол, согласно кивнул Лев. – Только вот шпиков «прессовать» у нас нечем. Да, они за нами шпионили. Но это мы так думаем. А они могут сказать: мы просто ехали по городу. Наши маршруты совпали чисто случайно! И все…

По его мнению, непосредственный наниматель соглядатаев, даже если он будет выявлен и задержан, даже если будет доказан факт слежки за сотрудниками главка, проводившейся этими двоими, может элементарно отмахнуться: «А я-то тут при чем? Да, я с ними говорил по телефону, но лишь о возможности приема на работу». Скорее всего, определил Гуров, этих троих – Сосалова и Касюка, а также Лязмина – надо срочно ставить на «прослушку», если только их не спугнули вчерашним задержанием и они не свернут свои контакты.

– А вот «киллеров» – да, отработать стоит по полной, – продолжал Гуров. – Дуй к ним и постарайся выяснить все по максимуму – кто их нанимал, как нанимал, на чем приехал, созванивались они с ним или нет, что именно его интересовало… А я сейчас займусь Фариошкиным – подельником Зубильского. Думаю, сейчас он сам рискует отправиться вслед за своим приятелем и поэтому должен бы расколоться. Так! Не забыть бы зайти к Петру. Пусть задействует свои возможности и контакты. Ну, чтобы найти источник информации в думской среде.

Орлов, к этому моменту донельзя замороченный обилием звонков и бумаг, тем не менее с интересом выслушал Льва и пообещал «с кем-нибудь созвониться» и «что-нибудь обязательно придумать».

…Фариошкин оказался сухоньким дедком за семьдесят, с длинным, кривоватым носом и по-рачьи выпученными глазами. Увидев перед собой представителя сурового сыскного ведомства, он обалдело воззрился на нежданного и, к тому же незваного гостя, как пушкинский Дон Гуан на статую Командора. Суматошно пожимая плечами, Фариошкин наконец-то догадался пригласить гостя к себе.

Войдя в квартиру с супердорогой обстановкой образца девяностых – видимо, именно на ту пору пробил «звездный» час ее обладателя по части загребания «откатов» и бюджетных денег, – Гуров ощутил тяжеловатую, застойную атмосферу обиталища человека, панически боящегося простудиться и поэтому не рискующего хоть раз в сутки открыть форточку.

Судя по неухоженности квартиры, ее хозяин жил в полном одиночестве.