Приговоренный к изгнанию

– Тихо, тихо! Не падать! Держись давай за меня, и пошли на воздух... Правда, воздуха снаружи так же мало, как и внутри, но хоть мертвечиной не смердит...

И тут повело уже хмельного Бруно. Цепляясь друг за друга, они кое-как удержались на ногах и с хохотом вывалили наружу.

Рик остановился, задрав голову к звездному небу, и с наслаждением втянул в себя аромат летних сумерек.

– Как же хорошо пахнет ночь!.. – мечтательно проговорил он, и, опустив лицо вниз, шумно нюхнул себя самого. – И как же несет от меня...

Бруно хлопнул его по плечу.

– Ничего, кадка воды в таверне тебя отмоет!

– Да тут, боюсь, одной кадкой не обойдешься, тут Тано нужен! И водяной поток... – усмехнулся Рик.

– На месте разберемся. Сейчас и отмоешься, и пожрешь по-человечески! Все наши просто обалдеют! Я даже лица их представляю! Селина задушит тебя в объятиях, готовься. А Клыкастый, небось, напьется от радости дня на три вперед!..

– Как там все?..

– Тано официально сделали командиром, Селина обрезала косу, Клыкастый продал... – Бруно осекся, чувствуя, что ляпнул что-то не то, и вдруг на полном серьезе добавил: – А ведь ты был на волосок, дружище. Я же случайно узнал, что второй отряд вернулся с задания. Если б не эта случайность, если бы не Берта...

– И если бы не ты, и не все вы... – проговорил Рик с блаженной улыбкой. – Как же приятно возвращаться с того света и понимать, что тебя здесь кто-то действительно ждал! Поверь, уж мне-то есть, с чем сравнивать.

Глава 1. Имена и шрамы. Часть 2

У ворот в Центральный город отряд встречал сам Окинус Парвус, начальник военной канцелярии. Несмотря на жуткую жару, он был одет в расшитые золотыми нитями камзол и панталоны из темно-зеленого бархата. От его пегих локонов густо пахло сладкими духами, а из-под шляпы с пышным белым пером по лбу и вискам текли ручейки пота, которые Парвус поспешно утирал надушенным батистовым платком. Лошадь тоже подготовили к выезду как следует: хвост и грива были убраны в косы и украшены шелковыми лентами.

А вот от внешнего вида явившихся на аудиенцию воинов Парвус даже рот открыл.

Все они сияли белизной свежих рубах, доспехи были идеально вычищены, но следы от грубой починки бросались в глаза. А еще ни у кого из отряда не было лошади.

— Господин Виери, почему вы пешком?.. – негодующе воскликнул он. — Это... это неприлично для людей вашего статуса! И ваше обмундирование!..

Тано пожал могучими плечами.

– Сожалею, господин Парвус, но тех коней, которых удалось отыскать после боя, мы были вынуждены продать, поскольку, невзирая на упомянутый вами статус, свое жалованье мы до сих пор не получили, как и допуск в оружейную, – с меланхоличной невозмутимостью ответил он.

– А почему вас пятеро?.. В списках были заявлены четыре персоны!

– Простите, господин Парвус, это из-за меня, – склонил голову Рик.