Приговоренный к изгнанию

Советник подчинился и опустился на краешек дивана рядом с монархом, пока тот задумчиво крутил родовой перстень на указательном пальце.

– Знаете что? – проговорил наконец император. – Пригласите-ка героев печати завтра ко мне на вечернюю прогулку. Я хочу побеседовать с ними о случившемся. И, кстати, не забудьте их всех включить в списки.

– Но воины, возможно, еще не готовы вступить в строй... – осторожно заметил Микаэль.

У императора недовольно дернулись губы.

– Они же у нас к самому Совету явились за исцелением, так что должны быть здоровее нас с вами!.. Как же, все-таки, жарко сегодня... И я хочу, чтобы вы лично занялись подготовкой. Отложите пока все дела по Игнису, пусть все ваши силы будут направлены на планирование триумфа нашей великой империи.

– Позволите ли вы отозвать со срочной службы одного из ваших Пламенеющих Рыцарей? Он мог бы существенно повлиять на уровень подготовки воинов и на их боевой дух.

Император махнул рукой.

– Отзывайте, только согласуйте со мной, кого именно. И налейте еще вина.

Советник с готовностью поднялся, чтобы исполнить приказание, и, приблизившись к столу, взглянул вниз, на Кордию, расстилавшуюся под парящим на световом столпе дворцом. Очертания зданий, шпили храмов, огоньки масляных фонарей тонули в знойных, напоенных ароматами цветения сумерках...

И недобрая улыбка коснулась его губ.

Глава 1. Имена и шрамы. Часть 1

Второй отряд Белых Плащей терпеливо ждал своего командира неподалеку от крыльца канцелярии. Кто-то грезил вслух о ледяном пиве, кто-то — о ласковых красотках борделе на Гончарной. Стояла уже глухая ночь, но облегчения после знойного дня она не принесла. Тяжелый воздух будто застыл, напитанный запахом распаренной листвы и горячего камня. Хотелось прохладного ветра, свежести – но, по всей видимости, следом за душной ночью готовился прийти еще более раскаленный день.

Высокое крыльцо и въездные ворота канцелярии освещали желтые масляные фонари. Снаружи у ворот творилась какая-то суета, и время от времени оттуда доносились строгие окрики караульных и пьяный мужской голос.

Наконец, появилась Берта.

— Ну что, новости у меня для вас невеселые: всем Белым Плащам на четверть урезали жалованье, – с тяжелым вздохом сообщила она.

– Да ну?! – охнули сразу несколько человек, округлив глаза.

– Чистая правда. Так что завтра не удивляйтесь – кошельки окажутся легче, чем всегда. И не спрашивайте меня, почему.

Она направилась к коновязи, понурившийся отряд побрел за ней следом. И в это время из-за ворот донесся пьяный возглас, утонувший в звуках легкой потасовки.

— Что там происходит?.. — спросила Берта, отвязывая коня и вглядываясь в невнятную возню человеческих фигур и теней за железными воротами.