Женский приговор

Настроение было прекрасное: раз Валерий стал приходить в выходные и по вечерам, то скоро совсем уйдет от жены. Правда, на его месте Ирина не стала бы тянуть резину, заставлять бедную женщину терзаться из-за неурочных отлучек мужа, а быстро обрубила бы концы, но, видно, мужчины совсем другие – пока окончательно не истреплют нервы жене и любовнице, принять решение не способны.

Как назло, ничего интересного в холодильнике не обнаружилось, но Ирина успела навертеть блинчиков – свое коронное блюдо, и из сухарей приготовила пирожное-картошку, благо Егорка не любит пить какао, и оно всегда в доме есть.

Только Валерий пришел хмурый и не заинтересовался ни кулинарными изысками любовницы, ни ею самой. Быстро сняв куртку, он проследовал в кухню и без разрешения закурил. Ирина молча открыла форточку и подала пепельницу, с тоской покосившись на мокрые следы от ботинок Валерия. Когда-то она с энтузиазмом приняла идею, что разувать гостей и предлагать им тапки – дурной тон, но люди все равно снимали обувь, не решаясь ступить на ее идеально чистые полы, а вот Валерий сразу освоился. Почему-то Ирине вдруг стало неясно, почему какой-то чужой мужик натоптал и уселся у нее на кухне. И курит еще!

Она энергично потерла лоб ладонью, отгоняя наваждение. Это Валерий, любимый человек, будущий муж…

– Надеюсь, ты не приняла во внимание бредни старого идиота?

Она пожала плечами и занялась кофе.

– Ира, почему ты его сразу не заткнула? Он кто – следователь? Прокурор? Адвокат? Кто?

– Конь в пальто.

– Вот именно! Он всего лишь эксперт и должен был сказать только одно – вменяемый подсудимый или нет. Все! Высказал свое авторитетное мнение – и вали на хрен со свидетельского места!

Ирина поставила перед любовником чашечку кофе и подвинула блюдо с пирожными. Все-таки старалась, сделала праздничное блюдо практически из ничего, жаль будет, если он даже не попробует.

– Как-то неожиданно он выдвинулся со своей инициативой, – улыбнулась она, – и так гладко вещал, что мне буквально некуда было вклиниться заткнуть его.

– Однако ж Бабкин сумел, – буркнул Валерий.

– Ну так то Бабкин! Специалист! Ладно, ничего страшного не произошло. Ну дала я дедульке трибуну поделиться своими гипотезами, так на пользу науки только. Практической ценности его изыскания не имеют, а человеку приятно. Мне кажется, что в узких психиатрических кругах его не больно-то слушают.

– И тем не менее он должен был понимать, что явился не на научную конференцию, а в суд! – Валерий закурил новую сигарету, так и не притронувшись к пирожным.