Приговор воров

И веяло непереносимым ужасом от шуршащих друг о друга осколков. Страх поднял его с земли, и бешено налетевшая ледяная крошка вспорола его тело и вмиг спустила с него всю кожу.

Ничего не видя, кроме чьих-то бесчисленных белесых глаз, прищурившихся на него отовсюду, он побежал, стараясь держаться спиной к смерти.

Спотыкаясь о трупы, он почему-то влетел в то самое ущелье между железными стенами гаражей, откуда выбежал только что, и, пробираясь по узким тоннелям, закричал, потому что увидел, что пути никакого нет и гаражи падают, беззвучно складывая стены и крыши, словно разрушающиеся карточные домики, и он не может устоять на ногах тоже – плоть его давно сорвал и унес чудовищной силы ветер, а ледяные осколки скрежещут о твердые белые кости.

Он – безумный от страха, которого раньше никогда не ощущал (он вообще раньше не ощущал ничего, хотя бы отдаленно похожего на страх) – рванулся изо всех сил, хрипя от вспыхнувшей вдруг невыносимой боли, рванулся еще раз и еще; и рвался, пока не хрустнул, не выдержав, его позвоночник.

Он грохнулся на промерзшую землю, густо покрытую ледяной крошкой, и разлетелся вдребезги, словно каменный строительный блок.

И сразу стихло все, и страшные белесые глаза оставили его врастать переломанными костями в землю – на бесконечно долгие века.

В очередной раз все вокруг полетело вверх дном, прогудел черным колодцем вихрь под ним, и он ощутил себя в холодном московском дворе, распростертым на голой земле под неслышным шелестом сухой снежной крупы, летящей с темного неба.

Что это было? Что это было тогда, когда он в первый раз глянул в глаза убитого им человека?

Почему это было? Потому что хотели убить его – но убил он?

Убийца в холодном номере безвестной гостиницы не знал ответа на этот вопрос.

Человек со шрамом остановил такси далеко за городом, когда понял, что теперь сможет дойти пешком до цели своей ночной поездки.

Он расплатился, и равнодушный водитель развернул свою машину и укатил прочь.

Называвший себя Рустамом человек со шрамом огляделся. Полная и круглая, как рыхлое женское плечо, южная луна светила так ярко, что можно было читать при ее свете.

Человек со шрамом прикинул, что дойдет до места через полчаса. Он не ошибся. Память у него была хорошая, а в этих краях он бывал больше года назад.

Через полчаса перед ним возвышался освещенный южной луной, словно средневековый замок, большой особняк.

«Раньше это был особняк Седого, – подумал человек. – А теперь там заседают эти уроды – Петя Злой и Филин. Впрочем, сейчас они находятся не в особняке, а далеко отсюда – в городе, возле парка „Ривьера“, там, где им назначили встречу. Я им назначил встречу. Ждут. Еще часа два по меньшей мере ждать будут».

Перелезть через забор особняка было делом одной минуты. Легко.