Приговор воров

– Случайный, – махнул Григорий рукой, – сегодня только познакомились…

– А-а… – Маша, кажется, была его ответом удовлетворена. – Ну что – поехали?

– В смысле – выпить? – уточнил Григорий. – Тогда поехали. Я, надо сказать, давно уже в пути.

Маша громко рассмеялась.

– Ты остроумный, – оценила она, – это хорошо. Люблю остроумных…

– Ну, – торжественно произнесла она, – тогда – за встречу!

И ловко выпила стакан до дна. Григорий тоже выпил.

То ли оттого, что он очень устал, то ли оттого, что с утра уже выпил много водки и портвейна, пиво вдруг сильно ударило ему в голову.

– Хор-рошо, – тем не менее сказал Григорий, – пиво – это хорошо…

– Ну вот, – смеясь, проговорила Маша, – я ему сказала, что он остроумный, а он испортился. Ну, что это за шутка – «пиво – это хорошо…»

– Это не шутка, – немного обескураженно сказал Григорий, – это утверждение.

Маша снова разлила пиво по стаканам. Поставив пустую бутылку под стол, она вдруг улыбнулась и внимательно посмотрела на Григория.

– Ты сними рубашку-то, – предложила она, – в комнате не так уж и холодно. Ты не смотри, что у меня все окна открыты и вентилятор работает. Если бы не это, умереть можно было бы от жары. В этом доме так топят, что задохнуться можно. Паганини, старый хрен, тепло любит. Каждый месяц собирает с нас, жильцов, деньги и уголь для кочегарки покупает. Вот они и стараются. Даже летом, в такую жару, топят.

Григорий пожал плечами и снял рубашку.

– Ого, какие у тебя наколки, – приглядевшись, сказала Маша. – Сидел?

– А ты женат? – спросила вдруг она.

– Женат, – неожиданно для себя ответил Григорий и почему-то подумал о Наташе.

– Жена тебя любит, – странно высказалась Маша, – хороший ты человек, наверное.

– Почему ты так решила? – поинтересовался Григорий.

– А что – плохой, что ли? Плохих людей жены обычно не любят…

– Ну, это как сказать, – проговорил Григорий, чувствуя, как у него начинает кружиться голова. – Не знаю. Не сталкивался.

– За хороших людей! – провозгласила очередной тост Маша и подняла свой стакан.

– За тебя! – отпустил Григорий незамысловатый комплимент.

Григорий повесил рубашку на спинку стула. Маша вновь разлила по стаканам пиво и поставила под стол еще одну пустую бутылку.

– Ох, что-то меня с пива-то… – жеманно потянулась она и вдруг быстро скинула ночную рубашку, оставшись в одном белье.

– Н-не простудишься? – оторопев от неожиданности, спросил Григорий. – Окна-то того… открыты…

– Не-а, – ответила Маша, – меня никакая простуда не берет. Я девушка здоровая.

Тут она подмигнула Григорию, да так недвусмысленно, что в голову ему полезли всякие дурацкие мысли. Маша, не отрываясь, смотрела на него. Григорию ничего не оставалось, как смотреть на нее. Не глазеть же по сторонам.