Смертный приговор

 – Если в ходе процесса выяснится, что Клара была у вас дома, для защитников Михаэля Лазло – а тот гарантированно наймет лучших адвокатов – это станет настоящей находкой.

– Я должна расставить приоритеты, а это дело мне важно.

– И вы пойдете на такой риск? – воскликнул Хаузер. – Вы в своем уме? Адвокаты Лазло разгромят ваше обвинение в пух и прах, сожрут вас целиком, а косточки выплюнут в сточную канаву на виду у работающих телекамер.

– Не в том случае, если я докажу его причастность к похищению и истязанию девочки.

Хаузер потянул за узел галстука, словно ему не хватало воздуха.

– Лазло сделает все возможное, чтобы убедить суд, что вы промыли мозги свидетельнице у себя дома. К тому же он будет требовать вашего отстранения от процесса.

– В действительности вас волнует только то, что ваши оперативно-разыскные мероприятия, возможно, окажутся напрасными?

– Проклятье, нет!

– Хорошо, тогда поймите вы наконец: я не могу по-другому. Я должна позаботиться о девочке.

Он смиренно покачал головой.

– Как хотите, тогда заботьтесь о малышке – но пообещайте мне одно! – Он снова нажал на кнопку и вызвал лифт. – Если Лазло, этот мерзкий сукин сын, действительно стоит за всем этим, раздавите его, как гнилой помидор!

Двери открылись, Мелани вошла в кабину.

– Не беспокойтесь, он от меня не уйдет.

Двери кабины снова закрылись.

Хотелось надеяться, что Хаузер не заметил сомнение в ее голосе.

46Доктор Белл провел Сабину через отделение реанимации, оба входа в которое были перетянуты оградительной лентой. «Только для персонала». Перед палатой Эрика все еще стояли два сотрудника БКА. Они узнали Сабину и не стали спрашивать, кто она такая.

– Держитесь спокойно и ничего не говорите, – шепнул ей доктор Белл, прежде чем приоткрыл дверь и впустил ее внутрь.

Сабина вошла в палату. В тот же момент разговор замолк. Мужчина в темном костюме уставился на нее. Это был Ломан, руководитель службы внутренней безопасности. Перед мониторами стояла врач в белом халате. С другой стороны рядом с кроватью Эрика сидела женщина в водолазке, видимо, ведущая допрос. Сабина предположила, что она тоже из БКА, вероятно, психолог-криминалист.

Квадратная челюсть Ломана пришла в движение.

– Вы кто?

Сабина показала ему свое удостоверение.

– Я подруга Эрика.

Мужчина мельком взглянул на карточку с логотипом академии, и ему все стало ясно.

В следующий момент Сабина видела только Эрика. По его взгляду она поняла, что он ее узнал. Эрик хотел что-то сказать, но не смог произнести ни слова. Он был уже без повязки. Левая сторона головы была побрита, и на коже виднелся длинный черный шов. При мысли, что в его голове застряла пуля, Сабине стало плохо от жалости.