Приговор на брудершафт

Какая часть зарплаты этих лесорубов идет на погашение государственного долга, я не знаю, но не удивлюсь, что им оставляют полпроцента на сигареты, а все остальное отбирают. С советской стороны лесозаготовками командует «Дальлеспром». Им много лет руководил отец сестер Дерябиных.

Летом 1979 года он был направлен в командировку в КНДР – контролировать деятельность предприятия с другой стороны границы. Сейчас, по прошествии всего восьми лет, уже не понять, какое влияние в обществе имел Алексей Михайлович Дерябин! Представь: ты – хозяин тайги. У тебя в подчинении тысячи трудармейцев, которыми руководят корейские офицеры. Их генерал у тебя на побегушках, потому что ты – старший брат, а он у тебя всего лишь главный бригадир. Трудармейцы будут вкалывать день и ночь, сколько прикажешь. План можно перевыполнять хоть на 110, хоть на 120 процентов. Что такое процент плана? Это эшелоны с лесом. Партийно-хозяйственные руководители республик Средней Азии за вагон леса тебя на руках носить будут. Им по разнарядке надо год лес ждать, а ты можешь съездить в Москву, переговорить с кем надо и направить в Узбекистан пару эшелонов сверхпланового кругляка. За эту услугу по азиатскому обычаю надо отблагодарить.

– Я расскажу случай, о котором слышал от надежного человека, – вступил в разговор Сапунов. – Дерябин с женой приехали в ресторан. Водитель персональной «Волги» не смог припарковаться прямо у входа, а был дождь, кругом лужи. Жена Дерябина вышла из машины, норковую шубку бросила на асфальт и прошла по ней на крыльцо. Представь, как они жили, если эту шубу с земли даже водитель подбирать не стал!

– Сейчас об узбекской мафии во всех газетах пишут, – продолжил Иван Иванович. – Эти «мафиози» были тесно завязаны с Дерябиным. Одному богу известно, сколько чемоданов с деньгами они ему привезли.

– Зачем ему ехать в командировку, если он здесь как король жил? – спросил Воронов.

– В Москве с конца 1960-х годов шла беспрерывная борьба кланов, – ответил Иван Иванович. – В 1979 году покровителей Дерябина отстранили от кормушки, а его самого отправили в почетную ссылку.

– Мне бы такую ссылку! – воскликнул Сапунов. – Северокорейцы с него пылинки сдували, все прихоти исполняли, за изысканные блюда ни копеечки не брали. Дерябину в командировке шли две зарплаты: одна – в рублях в Хабаровске, вторая – в валюте в КНДР. В Северной Корее особенно покупать нечего, страна, как ни крути, нищая, зато на обменные чеки тут, в Союзе, в магазинах «Березка», можно любой дефицит приобрести.

– «Они сошлись, волна и камень»? – стал догадываться Воронов.

– Вот именно! – подтвердил хозяин застолья. – В кабинете следователя встретились представители «золотой» молодежи.