Клан Борзых: Приемыш

— Сколько-то дошло, но на них снарядов не жалели, а прямой наводкой и болванкой попасть можно. Хотя не рисковали так, конечно. Били по пять-семь стволов в одного. Они перезаряжаться не успевают, — вновь улыбнулся Данила. — Так что нормально всё будет.

— Первая ночь. Это пока первая ночь, — весомо проговорил Семён, не спеша насыщаясь. Я последовал его примеру. Если можно есть с удовольствием, надо этим пользоваться. А грызть пайки всегда успеем.

Утро я встречал за перископом в штабе. Не только потому, что заступил на дежурство, но и потому, что мне настоятельно рекомендовали не пропустить рассвет. А зрелище и в самом деле выдалось впечатляющее.

Впервые я видел, как невидимая рука сжимает проход, заставляя чёрные тучи опускаться ниже, к самой земле. Поток тварей резко ужался, хоть и не прекратился целиком, дальнобойная артиллерия била по сузившемуся горлышку, вколачивая тысячи тварей в землю и превращая их в однородную кровавую массу с костями и серой кожей.

Но когда на лице невольно начала появляться улыбка, я не сдержавшись выругался.

— Чертово каркало… сразу прикрыть надо было.

Десятки метивших в одну точку снарядов стали лопаться на подлёте, целыми гроздьями, оставляя после себя быстро растворяющийся в черноте серый дымный след. А тучи, будто прижатые огнём артиллерии, начали стелиться над землёй, закрывая всё перед границей, а полноводная река из монстров вдруг иссякла, словно отрезав наши миры друг от друга.

— Что значит враги исчезли? — недоверчиво спросил Данила, уступивший свою койку инквизитору и дремавший прямо за столом коменданта. Подвинув меня, он уставился в перископ. — О, это не хорошо. Совсем-совсем не хорошо. Надо поднимать тревогу…

— Думаешь мы одни такие глазастые и артиллеристы не заметят, что все их снаряды просто разрывает над землёй? Не суетись.

Успокоив парня, я вернул себе контроль за наблюдательным постом и почти сразу заметил, что тряска от отдачи совсем стихла. Тратить боезапас, когда эффективность сомнительна, Выжившие считали неразумным, и я их полностью в этом стремлении поддерживал. Тем более что мелких целей продолжавших штурм оборонительных позиций оставалось предостаточно.

Передовые оборонительные линии превратились в выжженные поля, щедро вспаханные воронками взрывов. Окопы и колючая проволока исчезли, вытоптанные тысячами ног, смешались в общую серо-бурую массу грязи. Остались какие-то холмики и твари, ползущие по равнине.

Их по-прежнему были тысячи, но учитывая колоссальные расстояния они оказались рассеяны, где мелкими отрядами, где группами по несколько сотен. И всё равно, я помнил схватку с ползуном, когда мы сумели зажать его и даже так победили только вдвоём на одного.