Придворный Медик. Том 2

Раньше они работали безупречно, но за последние три недели из-за них на территорию императорского двора проникли сразу двое убийц, — произнёс Аристарх Биркин. — Тогда Бондарев и его подручные решили закупить для охраны синюю ртуть. С таким допингом они и быка смогут пополам разорвать. Вот только это вещество запрещено имперским сообществом алхимиков и фармацевтов.

Допинг, созданный на основе магической ртути. Если Биркин говорит правду, высок риск, что вскоре в больнице появятся стражники с признаками интоксикации.

— И какой в этом смысл? — я облокотился о фонарь. — Если вы уже обладаете этой информацией, то скоро эта новость дойдёт и до императора. Тогда главный штаб службы безопасности могут полностью расформировать. Император такое явно не одобрит. К чему такие риски?

— Их зажали в тиски. Не поймают убийц — получат по шапке. Напьются синей ртути — тоже сухими из воды не выйдут. Вот только в последнем случае у них есть шанс избежать наказания, если об этом никто не узнает, — улыбнулся Биркин.

— Но вы уже рассказали об этом мне. Не боитесь, что я доложу об этом гвардейцам? — спросил я.

Я не собирался докладывать на главный штаб службы безопасности. Но ведь такая возможность у меня есть. Почему Биркин не боится, что я пойду на это?

— Во-первых, Павел Андреевич, мне совершенно безразлична судьба Бондарева и его прихвостней, — произнёс Биркин. — Даже если вы скажете самому императору, что это я вам об этом рассказал — репутация у меня безупречная. Я сделал для этого двора куда больше, чем большинство его обитателей. Во-вторых, я знаю, какой вы на самом деле человек. Вы не станете об этом никому рассказывать. Вы ведь у нас альтруист, да? Не захотите сдавать стражников. Раскрытие этого секрета вам всё равно ничего не даст. Только ещё одну бесполезную медаль, разве что.

И снова меня называют альтруистом. Уже второй раз я слышу это определение. Сначала так выразился Валерий Николаевич Бражников, а теперь ещё и Биркин.

Но альтруист — это тот, кто жертвует собой ради других людей. Странно, что их это так удивляет. Я — лекарь. Такова моя работа. Видимо, привыкли, что в этой клинике все действуют исключительно в интересах других дворян. Вот их мои действия и удивляют.

— Не думал, что скажу это, но вы правы, Аристарх Иванович, — заключил я. — То, что я услышал от вас, я никому рассказывать не стану. Пока что. Но эта информация может помочь мне в диагностике острых отравлений, которые произойдут позже."

"— Что ж… — потёр руку об руку Биркин. — Раз я так вам помог, может быть, тогда и вы отплатите мне тем же? Давайте пройдём в мой корпус, и там вы покажете мне свой шрам. Хорошо я придумал?

— Отвратительно вы придумали, — усмехнулся я. — Никто вас не просил раскрывать мне этот секрет.