Придон

За его спиной зашумели воины, хватались за рукояти мечей, выдергивали до половины и со стуком бросали обратно. На волхва смотрели с недоверием, раздались крики, что Скилл – тцар, и никто другой…

Скилл спросил резко:

– Да, это право волхвов – избирать или отвергать тцаров. Но не одного волхва, а всего Совета.

– Я глава Совета, – напомнил Вяземайт.

– Все равно у тебя ничего не выйдет, – ответил Скилл. – Остальные волхвы тебя не поддержат… Впрочем, сейчас это неважно. Кого наметили в тцары?

– Ты знаешь, – ответил Вяземайт. – Сейчас в воинском стане, где собрались настоящие герои, тцаром провозглашают доблестного Придона. Гордись, Скилл! У тебя такой брат… Он уже свершил великие подвиги, но подлинного величия Артания достигнет под его тцарской дланью.

Скилл сжал зубы. По гомону за спиной ощутил, что Вяземайт выиграл. Слава Придона как героя прокатилась по всей Артании, а когда стало известно, как подло обманул его куявский властелин, даже старики скрежетали зубами и пытались поднять тяжелый топор, а мальчишки так и вовсе в своих горячечных грезах жгут и топчут Куявию от моря и до моря.

– Придон, – сказал он и ощутил, что слова упадут в пустоту, – не тцар… Мало быть героем, чтобы стать тцаром. Нет, герой может стать тцаром, но стать и быть – не одно и то же…

– Не всегда, – ответил Вяземайт, – не всегда. Если у отважного тцара мудрые правители – это самое лучшее сочетание.

Скилл пристально всматривался в его лицо с непроницаемыми глазами.

– Вяземайт… ты хоть понимаешь, что толкаешь моего брата на гибель? Он же погибнет, понимаешь?.. И все вы погибнете!

– Но Артания будет жить, – ответил Вяземайт громко и четко.

Он видел блестящие глаза воинов, их воспламененные лица. Они слушали его, ловили каждое слово, он говорит на их языке, а Скилла не слушали, это понимал и сам Скилл, злая боль стиснула сердце, а кровь застыла в жилах. Он ощутил смертельный холод и тяжесть в груди, словно огромное сердце превратилось в глыбу льда.

Вяземайт повернулся к воинам, он был величав и значителен. Серебряные волосы красиво падали на плечи, глаза сверкали, как звезды, а голос прозвучал звучно и властно:

– Вы слышите слово верховного волхва! Я говорю от имени артанских богов, от всего войска. Через меня к вам обращается вся Артания. Повелеваю оседлать коней и – в воинский стан к тцару Придону. Он сейчас принимает присягу верности.

Скилл закричал в бешенстве:

– Нет!.. Я должен сперва поговорить с Придоном!

Вяземайт отступил, Изгонник, Шепель, Громаль, Шулика и Кобец, все герои старых битв встали стеной между волхвом и тцаром. В глазах Вяземайта Скилл прочел, как ему показалось, злое торжество. Бешенство перешло в слепую нерассуждающую ярость.