Придон

А если даже и зверьем, то не скотами. Словом, захватываем побыстрее этот Утес, а затем по всей Куявии наводим порядок, даем справедливые законы. Кто нарушит – голову долой! Неважно, куяв или артанин.

– Золотые слова, – сказал Аснерд с облегчением. – Теперь давай о крепости. Как я понимаю, туда стянулся могучий гарнизон. Тулей успел разослать во все стороны гонцов, обещал горы золота, чуть ли не каждого третьего в песиглавцы, каждого десятого – в беричи, а каждого сотого – в беры… Словом, гуда стянулось много храбрых и сильных искателей приключений, кто восхотел много и сразу. А я по дороге перехватил сообщение, что сюда идет могучее войско с гор и предгорий…

– С гор? Где же они там народу набрали?

– Я же сказал «и предгорий». Там полоса хорошей земли, ее защищают башни колдунов, там всегда народу как муравьев. Говорят, еще наняли вантийцев. Ну, не совсем вантийцев, а тех наемников, что у вантийцев… перекупили… теперь спешно двигаются к Черному Утесу. Боюсь, не успеем захватить до их прихода.

Придон слушал их, все больше мрачнея, в глазах сверкали искры гнева. Сдавленным голосом поинтересовался:

– И когда подойдет та армия?

– Через три-четыре дня.

Придон задержал дыхание, лицо напряглось, как будто получил сильнейший удар в живот.

– Ты бы, – процедил он зло, – еще сказал бы, что завтра. Что ж, начнем готовиться к большой крови! Если думают, что вот так, собирая одно войско за другим, заставят нас дрогнуть, ошибаются! На смену каждому павшему артанину из наших земель прибывают трое молодых удальцов.

Вечером в шатре Меклен начертил карту крепости, окрестностей, умело обозначил реку, обрывистые берега, ров.

– Аснерд, – повторил Придон раздраженно, – ты чаще сталкивался с предательской тактикой куявов. И с их трусливым отсиживанием за крепкими стенами. Что нам нужно, чтобы взять эту чертову крепость?

Аснерд внимательно осматривал карту. Провел пальцем по изгибу реки.

– Черный Утес вообще отделен от нас рекой. Ладно, реку можно пересечь выше по течению. Или ниже, там должен быть брод. Но что это нам даст? Крепость, как видите, стоит в излучине. Река защищает ее с трех сторон. Куявы вообще по своей трусости стараются селиться в излучинах. Чтоб, значит, сама река защищала со спины и с боков. А с этой единственной стороны, откуда можно подступиться, прокопан широкий ров, заполненный водой…

Придон кивнул, глаза сузились.

– Ты в самом деле не видел раньше этот Утес?

– Куявы всегда так защищают крепости, – объяснил Аснерд. – Широкий и глубокий ров, вода, а на дне обязательно острые колья, обломки кос, пик, железные штыри… Дальше – вал, где тоже острое железо.