Придон

Высоко в небе медленно разрасталась туча, пока что серая, но Придон ощутил, как серость перейдет в черноту, та станет угольной, тяжелой, в недрах тучи начнут посверкивать, пока что слабо, сполохи, а сама туча будет расти, раздвигаться, нависать тяжелой мощью…

– Колдун? – спросил он и кивнул на тучу.

– Туч быть не должно, – ответил Аснерд угрюмо. – На всю неделю волхвы предсказали погоду ясную, а небо чистое.

– Проклятые колдуны!

– Пока что просто пугает, – заметил Аснерд. – Сюда не достанет. Но когда подойдем ближе…

– От нас один пепел взметнется.

Придон скрипнул зубами. Лицо перекосило холодным бешенством.

– Это нечестно! – сказал он горячо. Опомнился. Сказал еще резко: – Но мы должны пройти!

– Мы пройдем, – сообщил Аснерд. – Если нет других путей, мы пройдем просто, по-артански. Не станем хитрить, строить подкопы, прокрадываться, аки трусливые куявы. Нет лучше и краше гибели, чем в прямой атаке на врага, когда летишь на горячем коне, в руке поднятый топор, а ты выкрикиваешь навстречу ветру боевой клич…

Придон сразу ухватил мысль, спросил быстро:

– Его молния бьет… не всех?

– У него сильные молнии, – ответил Аснерд угрюмо. – Каждой он способен сразить десять, а то и больше человек. Но он бьет молниями даже реже, чем лучник стрелами. Если сотня ринется вот отсюда на его башню, он, возможно, успеет испепелить их всех. Но если три сотни – его башню разнесут даже топорами.

Придон пробормотал непонимающе:

– Но почему тогда эти башни… неприступны?

– Это куявы так считают, – сказал Аснерд с презрением. – Они цепляются за свои жалкие жизни! Они не хотят погибать даже красиво.

Придон покачал головой:

– Наши тоже не могли миновать эти башни.

– Наши ходили только в набеги, – возразил Аснерд. – Малыми отрядами героев. Сотня артан в состоянии разбить куявское войско в тысячу человек, но такую башню им не взять. Потому и прокладывали для дальних набегов дороги так, чтобы не попадать под удар башен. Но сейчас у нас стотысячное войско! Разницу уловил?

Туча над башней росла, Придон ощутил ее тяжесть, теперь это создание колдуна весит как целая гора, что за мощь у колдуна, что держит на весу такую махину, в недрах тучи негромко погромыхивало. Трепет пробежал по телу Придона. Так негромко и даже довольно похрюкивает лесной вепрь, самый страшный зверь, который, если разъярится, становится неудержим в своей мощи, натиске, ярости, сметает с пути и медведя, и льва, и тура. А в той туче дремлет небесный зверь в сто тысяч раз крупнее и сильнее лесного кабана. Небесный кабан, вызванный или созданный колдуном, способен смести целое войско…

Аснерд, как услышал его мысли или же прочел по смятенному виду, сказал громко:

– Устрашает. На самом деле его мощь хоть и велика, но небезгранична.