Хроники Придайна

— Нет-нет, — поспешно откликнулся Ффлевддур, — когда я бард, то я бард и никто иной. Когда же я король, то никем иным быть не могу. Не люблю путаницы.

Он гордо оглядел своих друзей и продолжил:

— Король Руддлум и королева Телерия хорошие люди. Главный Управитель, вот кто выгнал меня.

— А ты не ошибаешься? — засомневался Тарен. — Мне показалось, что он отлично, можно сказать, рьяно выполняет свои обязанности.

— Даже слишком рьяно, — проворчал Ффлевддур. — Каким-то образом он узнал, что я не числюсь среди бардов, а я зато узнал, что такое конюшни! Сдается, он просто не любит музыку. Удивительно, как много мне встречалось людей, которым не по нраву игра на арфе!

Раздался громкий стук в дверь. Эго оказался сам Мэгг. Он пришел в сопровождении сапожника, который скромно жался у него за спиной.

— Не то чтобы это расстраивает меня, — спокойно продолжал Ффлевддур, — но мне обидно вот за нее. — Он погладил арфу. — Ну, ладно, — он вскинул инструмент на плечо, — как я уже говорил, мне нужно отыскать принцессу Эйлонви. Мы увидимся позже. В конюшне, если не возражаете. И я сыграю для вас свою новую песню — Бард свирепо глянул на Мэгга и вышел.

Главный Управитель, не обратив внимания на гневный взгляд барда, поклонился Тарену.

— Как и приказала королева Телерия, вам и вашему спутнику дадут новое одеяние. Сапожник обслужит вас как пожелаете.

Мэгг удалился. Тарен сел на деревянный стул, и сапожник приблизился к нему. Человек этот был согнут годами и одет в убогое платье. Из-под грязной тряпки, обернутой вокруг головы, на плечи ему свисали пряди серых тусклых волос. На поясе у него висели странной формы ножи, шила, мотки толстых нитей и обрывки ремней. Встав на колени перед Тареном, он развязал большой мешок, сунул в него руку и вытащил несколько полос кожи, которые разложил рядом с собой на полу. Он придирчиво разглядывал куски кожи, один за другим поднося близко к лицу, и затем откладывал их в сторону.

— Мы должны выбрать лучший. Лучший! — вдруг прокаркал он хриплым голосом Карр, — Только тогда у нас получится то, что надо. Выйти в дорогу хорошо обутым — это уже половина удачи. — Он вдруг засмеялся, — Разве это не так? Я спрашиваю: разве это не так, Тарен из Каер Даллбен?

Тарен отпрянул, вздрогнув. Тон сапожника его поразил. Он уставился на старика, который невозмутимо перебирал куски кожи и с помощью маленького кривого ножа ловко придавал им нужную форму. Вдруг он откинул волосы и пристально поглядел в глаза Тарену. Его продубленное ветрами лицо в густой сетке морщин вдруг посветлело от улыбки.

Гурджи внимательно посмотрел на сапожника и, чуть было не завизжал. Старый человек прижал палец к губам.