Хроники Придайна

Почти в тот самый момент, когда должна была наступить очередь Эллидира выходить в дозор, Тарен услышал шорох в кустах. Он резко обернулся. Все стихло. И теперь он уже не был уверен, слышал ли что-нибудь или это только показалось ему. Тарен затаил дыхание и стал ждать, напряженный и готовый к броску.

Адаон, чей слух был таким же острым, как зрение, тоже заметил движение в ближних кустах и через мгновение уже стоял рядом с Тареном.

А Тарену уже показалось, что он заметил короткую вспышку света. Рядом хрустнула ветка. С воинственным воплем Тарен выхватил меч и кинулся на свет. Золотой луч ослепил его, и в уши вонзился резкий вскрик.

— Опусти меч! — закричала Эйлонви. — Каждый раз, когда я тебя вижу, ты размахиваешь им или тычешь в кого-нибудь. Что за манеры?

Тарен ошарашенно отступил назад и застыл. Вдруг темная гибкая фигурка вылетела из тени и рухнула на Эллидира. Тот мгновенно вскочил, выхватил меч и стал беспорядочно рассекать им воздух, со сна не поняв, в чем дело.

— Помогите! Помогите! — раздался голос Гурджи. — Гневный лорд испортит бедную слабую голову Гурджи своими рубилками и колотилками! — Он стремительно вскарабкался на сосну и оттуда, из безопасного места, грозил кулачком изумленному Эллидиру.

Тарен потащил Эйлонви подальше от светлой опушки, в тень деревьев. Волосы ее были растрепаны, платье изорвано и забрызгано грязью.

— Что ты наделала? — зашипел он, — Ты хочешь, чтобы нас всех убили? Погаси свой свет! — Он схватил золотой шар и тщетно, неумело попытался умерить его свечение.

— О, ты никогда не научишься обращаться с моей игрушкой, — сердито сказала Эйлонви."

"Она отняла у него шар, прикрыла его ладонями, и свет исчез.

Адаон, узнавший девушку, положил ей руку на плечо.

— Принцесса, принцесса, — укоризненно сказал он, — ты не должна была идти за нами.

— Конечно, не должна была! — разгневанно поддержал его Тарен. — Она немедленно должна вернуться. Глупая, легкомысленная…

— Ее сюда не звали и не желают видеть здесь, — перебил его надменный Эллидир, подходя к ним. Он обернулся к Адаону: —В первый раз слышу от скотника разумные речи. Отправь эту маленькую дурочку домой к ее горшкам.

Тарен резко повернулся к нему:

— Попридержи свой язык! Я проглотил твое оскорбление ради нашего общего дела, но не смей дурно говорить о других.

Меч Эллидира как бы сам собой вылетел из ножен. Тарен поднял свой. Адаон встал между ними и поднял руку.

— Ну-ну, уймитесь, — приказал он, — неужто вам так хочется пролить кровь?

— Я не намерен выслушивать дерзости от скотника, — бросил Эллидир, — А ради этой судомойки я не намерен рисковать головой.