Дитя прибоя

В этот момент в зал без стука ворвался Первый советник и, увидев гостей, с порога завопил:"

"– Что вы себе позволяете?! Кто дал вам право вламываться в зал малого совета, словно в кабак? Вы понимаете, что оскорбили действием гвардейца, находившегося на посту?

– Лучше заткнись, а то и тебя оскорблю, – прогудел Груд, сжимая пудовый кулак.

Это он от всей своей широкой души приложился к кирасе гвардейца, вышибив его телом дверь. Сила молотобойца в сотом поколении оказалась куда как крепче, чем надетое на часового железо. Кираса смялась, словно медная фольга.

– Я имею полное право входить к императору с докладом в любое время дня и ночи, и любой, пожелавший причинить мне препятствие в данном деянии, будет являться преступником против короны и императорского указа, – наизусть процитировал Лёха слова из документа о его назначении.

Поперхнувшись собственными словами, Первый советник растерянно покосился на Тихого барона, но заметив, что ему сейчас не до терзаний по поводу соблюдения правил, благоразумно решил промолчать. Усмехнувшись уголками губ, юный император лично сел к столу секретаря, взял чистый лист гербовой бумаги и, обмакнув перо в чернила, принялся что-то быстро писать. Поставив дату и размашистую подпись, юноша капнул на бумагу воск и приложил к нему личную малую печать. Потом, повернувшись к советнику, он не терпящим возражения тоном приказал:

– Большую печать, лэр советник.

– Позвольте полюбопытствовать, ваше императорское величество, что это за документ? – насторожился опытный чиновник.

– Не позволю. Печать! – отрезал юноша.

Советник растерянно покосился на Тихого барона. В ответ глава тайной стражи еле заметно прикрыл глаза, давая советнику понять, что в данной ситуации спорить не стоит. Мученически вздохнув, советник достал из специального кисета на поясе большую императорскую печать и, с поклоном положив её перед юношей, негромко проворчал:

– Вы слишком торопитесь принимать сложные решения, ваше величество.

– Иногда от скорости решений зависит жизнь, – не остался в долгу юноша.

– О чьей жизни вы говорите? – не сдержал любопытства советник.

– В данном случае о наших с вами, лэр советник, – жёстко усмехнулся юноша, прижимая печать к документу.

Поднявшись, он небрежно перебросил увесистую золотую колотуху советнику и, протягивая документ Лёхе, задумчиво сказал:

– Надеюсь, вы не ошиблись, и нам удаться избежать войны с магами.

– Не будет войны. Я должен спасти свою жену. И любой, кто попытается мне в этом помешать, сдохнет. И неважно, как именно будет выражаться эта помеха. Я буду убивать, – прошипел Лёха, и все стоявшие в зале вздрогнули.

Свернув документ, парень убрал его в карман и широким шагом направился к выходу.