Дитя прибоя

Подробностей я не помню, но в моём мире, если говорить грубо, это так и называется. А у нас нарвал – это просто морское млекопитающее, в его роге нет ничего магического.

– Зато у наших есть, – решительно заявил Родри. – У нас это животное обитает далеко в южных морях и поймать его так же сложно, как захватить дракона в полёте. Внешне оно напоминает земную ящерицу и может жить и на суше, и в воде. Когда нарвал замечает корабль охотников, он спасается на глубине или уходит в рифы, заманивая корабль за собой. Когда корабль напарывается на риф, нарвал начинает убивать охотников, утаскивая их на глубину. Он очень силён и умеет читать намерения.

– Мысли, что ли читает? – удивлённо уточнил парень.

– Я же сказал, намерения, – скривился Кержак.

– А чем намерения отличаются от мыслей? – не понял Лёха.

– Мысли, это то, что ты используешь, чтобы обдумать проблему, а намерения – это чувства, которые ты испытываешь, делая какое-то дело, – попытался объяснить орк.

– Понял. Он чувствует эмоции, – радостно подсказал Лёха. – Чувства человека, когда он попадает в какую-то неожиданную ситуацию.

– Ну можно и так сказать. В общем, ты меня понял. А теперь о нашем деле. Твоё назначение – это не просто наша удача. Это ещё и твоя защита. Получив эту должность, ты станешь недоступным для любого суда, и уж тем более для академических магов. А бросить вызов имперскому чиновнику при исполнении обязанностей – суть преступление против короны. Любой, кто посмеет бросить тебе вызов, сходу должен быть арестован, как преступник, посягнувший на интересы империи.

– Да, но на приёме или на балу я не буду находиться при исполнении, – не сдавался Лёха.

– Чиновник дипломатической стражи при исполнении постоянно, круглый цикл. Даже когда спит, – усмехнулся Кержак.

– Как это?

– Вот так. Это закон империи, – с усмешкой развёл руками орк.

– Но ведь они будут требовать, чтобы я добивался от вас различных привилегий для империи и заставлял делать то, чего вы делать не станете.

– Зная тебя, они не рискнут, – отмахнулся Родри. – К тому же ты всё равно будешь жить в замке, в моём уделе, так что все недовольства никак на тебе не отразятся. Даже если откажут в должности, замок останется за тобой. А другого чиновника мы имеем полное право за пределами удела оставить.

– Всё равно там какой-то подвох есть, – упрямо покачал головой Лёха. – Не верю я, что всё так легко и просто.

– Жизнь покажет, – философски проворчал Кержак. – Сходим на приём, а дальше видно будет.

– Ну тогда озадачивай женщин. Пусть обновки шить садятся, – вздохнув, сдался Лёха.

Все его потуги остаться в тени и прожить незаметно для сильных мира сего оказались напрасной тратой времени.