Дитя прибоя

 – Ему открытым текстом говорят, что возможно нападение, а он – не убедили…

– Мы пойдём туда, Дальвар, – неожиданно поддержал орков Родри.

– Сам стонал, что время теряем, а теперь – пойдём, – удивился парень.

– Кержак – старейший рода и сильный маг. Мы должны проявить к нему уважение, – спокойно ответил гном.

– Ладно. Как скажешь, – помолчав, сдался Лёха.

Влезать в отношения между расами он не хотел. Разбираясь в их правилах и ритуалах, сам чёрт рога с копытами поломает. Так что в данном случае Лёха решил положиться на мнение князя. Услышав его ответ, Картан задумчиво оглядел парня и, хмыкнув, спросил:

– А почему ты не стал с ним спорить? Ведь ты не хочешь идти.

– Я этого не говорил, – качнул головой Лёха, сообразив, что вопрос задан не просто так. Похоже, изучение явления под названием «Лёха» продолжалось. – Я сказал, что не хочу терять время на долгие разговоры. А с Кержаком я всегда готов встретиться. Интересный он мужик.

– Интересный? Чем же? – тут же последовал вопрос.

– Умный и знает много, – выкрутился Лёха, мысленно иронично усмехаясь.

Эти ребята и понятия не имели, что такое жить на земле двадцать первого века, когда каждое слово официальных властей нужно делить на двадцать восемь, а результат перевернуть с ног на голову. Не знали они и что такое выкручиваться, когда тебя задерживает милицейский патруль и делает всё, чтобы выдавить взятку ни за что. Просто потому, что им так надо. Так что искусству вилять и говорить, ничего не сказав, Лёха мог их всех поучить. Жизнь в интернате многому его научила.

– Значит, ты готов к встрече со старейшим? – продолжал напирать орк.

– Ты меня, как врага, допрашиваешь, – жёстко усмехнулся Лёха. – Не забыл, что весь этот поход я затеял, и когда его заканчивать, тоже мне решать?

Картан не ожидал такого наезда, а потому только растерянно хрюкнул, удивлённо покосившись на своего напарника. Понимая, что ситуацию нужно как-то разруливать, Родри чуть усмехнулся и, откашлявшись, сказал:

– Вы просто не всё знаете. Перед тем как возникла необходимость в этом походе, мы начали кое-что делать, и теперь Дальвар беспокоится, что без него новый механизм не смогут собрать или, чего доброго, испортят. Он ведь механик.

Внимательно выслушав это объяснение, орки задумчиво покивали головами. Но, судя по их виду, Лёха решил, что в такую причину они особо не поверили. Впрочем, ему было глубоко наплевать на их неверие. Сейчас он хотел только одного: вернуться в горы гномов и закрыться в мастерской. С того момента, как он оказался в этом странном мире, спокойно и уверенно парень чувствовал себя только там – в мастерской, глубоко в горе. Все эти походы и разговоры отнимали у него слишком много моральных сил.