Прибежище богов

Нет, нам лучше быть не очень близкими подругами – поняли мы обе, тем более что наш нарождающийся конфликт сбивает с толку шестерку малых душ, крутящихся возле нас, подобно стае встревоженных птиц, ищущих место, куда бы присесть отдохнуть. Мысленно пожав плечами, Анна Сергеевна без каких-либо просьб с моей стороны выскользнула из круга и, продолжая оставаться в трансе, наблюдала за всем происходящим уже извне. Души девочек, сперва испуганными птичками разлетевшиеся в разные стороны, тут же опомнились и доверчиво окружили меня плотной стайкой. И даже Гретхен, обычно такая жесткая и колючая со своим СС-овским воспитанием, тоже была здесь, доверчиво прильнув к моему боку. Мне захотелось обнять этих девочек, проявить к ним нежность и заботу, сделать так, чтобы они никогда больше не знали горя.

Но эмоции эмоциями, а мне нужно было заняться тем делом, ради которого я и затеяла это единение душ. Потянувшись вверх, я нащупала сознание парящей в вышине птицы и снова ощутила радость и блаженство полета на своих собственных крыльях, без всяких технических средств. Наверное, в прошлой жизни, я все же была большой и сильной птицей – орлицей там или лебедушкой – уж очень мне сильно мне нравилось это ощущение парения в высоте, наедине с солнцем, бескрайним небом и тугим свистящим ветром. Но сейчас я была тут не одна, все девочки сохранили со мной связь – и теперь, попискивая (наполовину восторженно, наполовину испуганно), вместе со мной глядели на расстилающийся внизу пейзаж глазами птицы и слушали свист ветра ее ушами.

– Гретхен, – безмолвно сказала я, когда мне показалось, что все девочки уже освоились со своим новым положением, – можешь попробовать немного порулить, если хочешь…

– А как, фройляйн Элизабет? – беззвучно произнесла та в ответ. – Я раньше никогда не летала, разве что в детстве во сне.

– Вот и летай, как во сне, – ответила я, – наклонила корпус птицы влево – повернула налево, наклонила вправо – повернула направо. Только делай все медленно и осторожно, потому что небо не любит торопливых.

Издав протяжный мысленный крик – нечто вроде смеси боевого клича индейцев и испуганного крика подскользнувшейся на льду девочки – Гретхен наклонила корпус птицы и та начала описывать широкий плоский вираж, показывая всем нам лежащую внизу землю – с извилистой лентой реки, блестящей живым серебром, и нашим лагерем с мелкими фигурками людей и животных. Еще немного – и это место превратится в зародыш будущего города, чего нам вовсе не надо. Уходить надо отсюда, и как можно скорее, пока мы не пустили корни и не обзавелись хозяйством.