Пряная штучка

Осмотр шел, и неожиданно я поймала Осле на том, что он попытался сунуть толстый палец в оскаленную пасть моего скакуна. Председатель быстро отдернул руку и продолжил крутить головой, а потом провел тем же пальцем по идеально начищенному светильнику на стене, как будто проверяя наличие пыли. Пыли не было, сама ночью три раза влажной тряпочкой прошлась.

– А это что? – в свою очередь, кивнул Стручок на статуэтку.

– Красивая, верно ведь, господин Крефин? – моментально вступился Фред. Фамилия у противного типчика оказалась опасная. Даже хуже, чем Осле.

– Это же просто конь, – недоуменно свел он брови.

– Зато какой! Бронзовый! – хлопнул по столешнице защитник, и она нехорошо хрустнула. Конь шатнулся. Мы с Фредом в ужасе дернулись. Плотник, конечно, сколотил тумбу заново, но после падения со второго этажа несколько нужных кусков в боковинах откололось, и старушка держалась на честном слове. И магии. Сама сегодня утром заморозила шовчики, теперь истекающие тонкой слезой.

– Угу, – промычал Стручок Крефин, и перо сделало очередную пометку.

Он двинулся дальше, а Фред остался стоять на месте, держа столешницу обеими руками.

«Отпусти коня!» – взглядом потребовала я.

«Она сломалась!» – он в панике указал глазами на тумбу.

– Что случилось? – немедленно полюбопытствовал Крефин.

– Ничего! – хором, как лицеисты, ответили мы и синхронно расплылись в фальшивых улыбках.

Председатель что-то спросил из чулана, подготовленного под хранение товара, и я на всякий случай крикнула:

Надеюсь, что он не уточнял, не хочется ли мне порушить стены и сделать нормальный склад.

– Бери коня! – прошипела я Фреду, не представляя, как избежать очередного разрушения. Он немедленно схватил фигуру, а тумба, лишившись бронзового наездника, безнадежно скосилась на одну сторону.

– Сколько он весит? – прозвучал мучительный стон.

– Лучше спроси, сколько он стоит!

– Еще немножко, и он будет стоить мне разрешения на торговлю!

Мы нагнали председателя со Стручком, тершихся спинами в узком чулане. Тут у обоих обострился приступ застарелого соперничества, видимо длившегося не первый год, они коллективно попытались выбраться из дверного проема, но застряли. Стало очевидно, что кому-то следовало уступить, однако ни тот, ни другой не сдвинулись с места. Дергаясь и отталкиваясь от косяков, они кое-как вывалились наружу.

– Фред, зачем вы притащили коня? – одернул пиджак Стручок, нарочито игнорируя председателя.

– Решил, что вы его плохо рассмотрели, господин Крефин, – нашелся лавочник и для чего-то подпихнул конскую морду прямо ему в лицо: – Красавец! Правда?

– Господа, а почему бы нам не прерваться и не выпить чаю? – чувствуя, что осмотр выходит из-под контроля, уточнила я. – Проходите в кухню.