Презумпция виновности

Сначала повиноваться не хотелось, но этот высокий паренек, тот, что помоложе следователя из Генеральной, но и не их, не холмский, а третий, вдруг взял его за воротник свитера, подтянул к себе, а потом, гад… сунул пальцы в его ноздри и так больно стал поднимать вверх, что…

И при этом никто даже не думал его останавливать. Лишь этот, Желябин, кажется, удивленно так посмотрел… И не столько возмущался бесчеловечностью обращения, сколько дивился ловкости приема.

В итоге ничего плохого сделать не успел, а запястья уже исцарапаны, ноздри распухли.

Запугали до такой степени, что даже оставили его одного. Сказали: «Как позвонит Пикулин, сразу звони по этому телефону». И этот, самый старший из них, даже написал белым маркером на черной панели: 89439… Дальше Сопьян не запомнил, как ни старался. Теперь, чтобы позвонить, обязательно на панель посмотреть нужно. Как теперь этот номер с панели оттирать – одному богу известно.

Сказали – за каждым движением твоим и каждым словом следят извне. А сами уехали. Разбой, натурально. А все потому, что не нужно было ему в самом начале разговора заявлять: «Вы там у себя в столице беспредельничайте, а здесь вам вязы есть кому свернуть». Надо было не говорить.

Санька позвонил, и Сопьян, посмотрев на панель, быстро перезвонил. 89439… и еще шесть цифр.

Откуда извне?.. Лажа какая-то, ей богу. Как они могут следить за каждым словом? За движением – понятно, но за словом-то как? Извне…

С другой стороны – на Аллаха надейся, а верблюда привязывай. Бывший зэк чего-то натворил, а ему отвечать? Охота была…"

"Квартира была однокомнатная, сразу стало ясно, что обыск пройдет быстрее, чем предполагалось. Через четверть часа в квартире Пикулина посетителей прибавилось. Прибыли два милиционера из ГУВД, опера, которых вызвал Желябин, эксперт-криминалист из того же ведомства и двое понятых из соседней квартиры, которых пригласил Сидельников.

Пикулин вел не аскетический образ жизни, но и не утопал в роскоши. Жилье его имело все признаки цивилизации. Был телевизор, но экран был не плазменный, а обычный, хотя и «Sony», на подоконнике стояла стереосистема, но такие есть в каждом доме, где проживают люди, зарабатывающие чуть больше среднего. Холодильник, но не двухкамерный, мягкая мебель, но не из Италии. Чувствовалось, что хозяин любит чистоту и порядок, опрятен, и на кухне Кряжин не нашел ни одного грязного столового предмета, который лежал бы в раковине. Мусорное ведро пустым не было, однако было видно, что выносилось оно если не нынче утром, то вчера поздним вечером. Скорее, утром, потому что до утра таксист был за рулем, и вряд ли он специально заезжал домой для того, чтобы сделать в квартире уборку.

Мусорное ведро. Вот кладезь всех человеческих тайн.