Презумпция виновности

Их стоящие тела, похожие на клизмы, свидетельствовали о том, что животных здесь любят и не возражают, когда они копаются в отходах.

– Позови этого… директора, – попросил Георгиева Кряжин, вынимая из кармана пачку сигарет.

Разговор был недолгим. Все, что нужно было советнику, это адреса магазинов, куда поставляется эта (Кряжин так и сказал) падаль. Ответ был еще короче: улица Героев, дом три. Это был исчерпывающий список организаций, принимающих для сбыта эту продукцию.

– Надо же, – сатирический тик поразил левую щеку советника, – как символично: улица Героев! Но мне что-то подсказывает, что даже самый последний герой на острове, помирая от голода, не стал бы лакомиться этой копченой мертвечиной, если бы узнал, как она выглядела до копчения.

– Это здесь же, в ста метрах от коптильни, – сообщил «завсегдатай клоак». Смотреть на него было страшно. – Будь все проклято! Я, когда сюда приезжаю, всегда рыбку беру… Слаще, казалось, нет ничего…

– А ты никогда не задумывался над тем, запах от чего называют сладковатым? А еще «убойник»! – заметив проступившую синеву под глазами опера, Кряжин смилостивился: – Шучу, шучу. Кроме того, если как следует прокоптить…

Георгиев развернулся и, отчаянно вертя головой, куда-то пошел. Третий дом по улице каких-то Героев находился, по-видимому, недалеко.

Хотели завести «Волгу», но Георгиев с трагическим пафосом, переживая личную трагедию, махнул рукой – тут рядом! – и все двинулись пешим ходом.

Где-то между первым и вторым домом искомой улицы Желябин стал извиваться, как раненый, и ерзать по телу рукой, словно его заела вошь. На самом деле, когда раздалась знакомая трель, он вспомнил, что еще в кабинете сунул телефон под свитер в карман рубашки, потому что тот не входил в карман джинсов. Звонок застал его врасплох, но жест майора никого, кроме выглядывающих из окон граждан с синюшными лицами, не испугал. Еще бы – идет по дороге мент (а кто еще, если не мент?!) и вдруг резко ныряет рукой куда-то под мышку! Ясно, что не за деньгами…

– Что? – коротко поинтересовался советник, улавливая знакомый запах от порога магазинчика с тошнотворным названием «Свежая рыба».

– Начальник вызывает по одному делу. Я еще вчера доложить должен был, а тут…"

"А тут – хотел он сказать, но не решился – Кряжин со своим контейнером. Желябина понять было можно – помимо убийства Головацкого на его отделе висят еще несколько десятков серьезных дел, и, хотя майор и входит в следственную группу, приезд из Москвы следователя из Генпрокуратуры еще не означает, что теперь вся работа отдела по раскрытию тяжких преступлений должна остановиться.

– Я доберусь, решу вопрос, а потом сразу сюда.

– Не стоит, – возразил советник. – Будь в управлении, думаю, ничего сногсшибательного мы здесь не услышим.