Ошибка президента

Мраморный дверной косяк тоже уже не удивлял. Но узкое высокое окно-витрина поражало по-прежнему. В нем была намалевана радушно улыбающаяся женщина в довоенной летной форме. То есть она не была намалевана, картина была вполне реалистичной; Саша понятия не имел, как выглядела настоящая Полина Осипенко, но почему-то не сомневался, что портретное сходство было соблюдено. Но голову этой Полины венчал невероятных размеров расписной аляповатый кокошник. Этого было достаточно для того, чтобы при взгляде на дверь ресторана Турецкий каждый раз брезгливо отворачивался.

На этот раз он разглядел подробности.

В поднятой руке Полина Осипенко держала крюк, кажется, именно на таких, по смутным воспоминаниям детства, в магазинах висели когда-то мясные туши. Вместо поросенка на крюке висела грифельная доска с надписью: СКУШАЙ ЛАНЧ, сделанной до нелепости неуместной славянской вязью. Ниже красовалось аккуратным почерком написанное мелом меню:

Ассорти Полюшка-Поля

Плюшки в ассортименте.

Турецкий вошел. С крохотной метровой площадки лестница спускалась вниз, в полуподвал. Откуда-то сбоку выплыл гардеробщик, внешность которого не оставляла сомнений в том, что он же служил и вышибалой: рыжий кудрявый детина с широкой мускулистой фигурой, рост – метр девяносто, не меньше. Впрочем, плотно покрытая веснушками физиономия добродушно улыбалась:

– Душевно рады, милости просим.

Турецкий снял плащ и застыл на секунду в ожидании номерка.

– Не беспокойтесь, Александр Борисович, у нас по-домашнему. – В самом деле, вешалка выглядела совсем по-домашнему, там было всего с десяток предметов одежды. – Проходите, проходите:    Константин     Дмитриевич  уже здесь, – завершил детина и радушно распахнул дверь в зал.

Точнее, это был небольшой зальчик всего с семью столами, и посетителей сидело совсем немного. Навстречу Турецкому устремился невысокий крепыш с масляными глазками:

– Здравствуйте, Александр Борисович, прошу в кабинет.

Это был хозяин заведения, Пал Палыч Манько.

Несмотря на свою незначительность, ресторан «У Поли» вскоре после открытия привлек внимание одного из местных чиновников. Он взял ресторанчик под свою «опеку», в результате чего Пал Палыч сначала взвыл, а затем стал всерьез подумывать, не убраться ли куда подальше из Москвы, да и вообще из России.

Так бы оно и вышло, если бы Российская прокуратура не начала борьбу со взяточниками. Манько повезло – его дело вел начальник следственной части Меркулов, и в результате от незаконных поборов «Поля» освободилась. Насколько Пал Палыч знал, это был едва ли не единичный случай, он после этого стал считать Меркулова своим ангелом-хранителем. Разумеется, для такого гостя, да еще в двенадцать дня, крохотный шестиметровый кабинет всегда был свободен.