Презентация ящика Пандоры

Зинаида улыбается всем, комплиментами сыплет, но в реальности она хуже гадюки. У нее припадки злобы случаются. Зря я тебя, Петяха, позвал, хотел как лучше. А ты тоже хорош! Что я просил?

– Не раскрывай рта, – вздохнул оператор.

– И зачем ты про Разгонова сказал? – рассердился режиссер. – У тебя с баблом пролет! Поэтому я решил тебе помочь, пригласил на съемки. И нате! Теперь ни копейки не получишь! И меня подставил!

– Секундочку, – остановила я режиссера, – охотно верю, что в Фурске мать мэра всевластная царица. Но ее правление ограничено масштабами вашего околотка. В Москве она никто.

– Ошибаетесь, – вздохнул Петр, – знакомых у госпожи Ковригиной армия, в столице она имеет покровителей.

– Возможно, что так, – не стала спорить я, – но в фирме «Бак» есть лишь один человек, который может выслушать вопли бабки и принять решение. Это Роман Звягин, владелец фирмы и по совместительству мой муж. Петр, обещаю точно: вам заплатят сполна, да еще выпишут премию за отличную работу. Мы будем привлекать вас и к другим съемкам.

– Используйте Петьку как хотите, – фыркнул Владимир, – но в Фурск ему теперь въезд заказан. Прости, друг, но я с тобой более не общаюсь. Я-то пока в этом болоте живу. Вот в Москву переберусь, тогда и возобновим отношения.

– А вы трус! – громко сказала Белка.

– Да! И не скрываю данный факт, – не обиделся постановщик, – мой дед один раз попал в аварию: в троллейбус, в котором он ехал, врезался бензовоз.

– Жуть! – ахнула Лара. – Дед остался жив?

– Гениальный вопрос, если учесть, что я его внук, – засмеялся Владимир, – дедульке в момент ада, который на дороге начался, едва двадцать годков стукнуло. Сергей Николаевич увидел пламя, успел выскочить и убежать. С ним находился приятель, тот бросился людей вытаскивать. Пятерых выволок наружу, за шестым кинулся и погиб сам. О товарище деда написали газеты, назвали героем, наградили его посмертно. Сергей Николаевич струсил, сам вылез, о других не подумал, жив остался, институт окончил, стал врачом, многим людям здоровье вернул, детей родил, внука воспитал и мирно ушел в девяносто два года, оставив о себе самую светлую память. А его приятель? Похоронили его совсем юным, мать от горя вскоре умерла, и конец роду. Ничего и никого после юноши не осталось. Да, он вытащил людей из огня, помог пятерым. Но ведь собирался стать доктором, скольких людей мог сделать здоровыми? Кто поступил правильно в данной ситуации? Трус или герой? Я трус. Поэтому, Петя, прости. Продолжу пресмыкаться перед Ильей Ковригиным и его мамашей-гиеной. Ты ситуацию знаешь, я сам из сортира вылезаю. Ковригин обещал меня на работу к своему другу в «Инстройпромбанк» устроить, там однокомнатные квартиры сотрудникам по цене производителя дают. Вот такая ботва, друган.