Презентация ящика Пандоры

Потом Ирина внезапно умерла незадолго до смерти сына. Зинаида стала активно жалеть сироту, брать крестника на отдых. Настя «полюбила» Валерия еще сильнее. Каждый раз, когда семья садилась за стол, Зифа читала молитву, Валера старательно ей вторил, потом они, перекрестившись, начинали есть. Однажды Света, которая очень хотела понравиться бабушке, тоже неумело наложила крестное знамение. Анастасию передернуло, но она промолчала, а Зинаида вмиг отреагировала:

– Светлана, ты не имеешь права читать молитвы и осенять себя крестом.

– Почему, бабушка? – тихо спросила девочка.

– Потому что ты нехристь! – отрезала дама.

– Это кто? – не поняла Света.

На лице Зинаиды засияла улыбка.

– Спроси у своей мамы, она все объяснит!

После трапезы Валера пошел гулять, путь лежал мимо окна спальни родителей Светы. Из открытого окна долетел голос Анастасии:

– Я не имею на нее влияния, – ответил Илья.

– Она ненавидит Свету!

– Просто бабушке не нравится, что девочка некрещеная.

– Зина знает мое мнение по этому поводу!

– А тебе известно ее отношение.

– Перестань корчить из себя богомольца! Прекрати креститься перед едой, – пошла вразнос Настя. – Притворщик! Врун! Я прекрасно знаю: ты матери свистишь в уши, что пост держишь, на ее глазах пустую гречку вилкой ковыряешь, а потом в ресторане мясо жрешь.

– Прекрати, – устало попросил муж, – уйми истерику.

– Нет уж! Слушай до конца, – взвизгнула Анастасия, – может, я, по твоему мнению, истеричка, зато честная. Откровенно Зинке в лицо говорю: Бога нет, есть жирные пузатые мужики с бородами, которые заворачиваются в парчовые занавески и, чтобы купить себе хорошую машину, у нищих старушек последние копейки отнимают. Тьфу! На дворе двадцать первый век, а у нас дома мракобесье. Зинка…

Раздался глухой звук, затем вопль Насти:

– С ума сошел? Ты меня ударил!!! Мерзавец!

– Не смей звать мою маму Зинкой, – подчеркнуто спокойно произнес Илья, – изволь проявлять уважение к ней. Мать верит в Бога, а ты нет. Вы обе имеете право на собственное мнение. Но со стороны невестки очень некрасиво демонстративно заказывать повару на обед тушеное мясо в Великий пост. Я равнодушно отношусь к религии, но ради матери ем гречку, исключительно чтобы не волновать ее.

– Мне нужно под нее подделываться? – снова разозлилась жена. – Спасибо за совет. И почему роль той, которая прогибается, досталась мне? Может, твоя богомолка язык прикусит и перестанет говорить мне, что я за кусок курицы окажусь в котле со смолой?

– Зина старше, она моя мать, – отрезал Илья, – и ты живешь в ее доме, а не наоборот.

– Отлично, – протянула Настя, – вот они – точки над «i».