Превосходство Пробужденного. Том 3

Ведь сегодня он в хорошем настроении. А когда он в хорошем настроение — его Элис достается. В прошлый раз он отшлепал ее голую попку так, что она несколько дней не могла сидеть.

— Элис, боже, ты побледнела, — задрав голову, выпускает Патрик сразу три кольца. — Неужели ты подумала какую-то пошлость?

— Всё-таки заткну, — Патрик разворачивается на кресле, разглядывает Элис.

В боевой кожаной форме она выглядит потрясно. А красные кудри льются по плечам. Длинные ноги накачены, но несильно. Голубые глаза обычно горят как у боевой кошки. Хищная, агрессивная. Но перед Патриком она превращается в котенка. Как и многие другие. Он знает это и пользуется своим умением пугать на все сто.

Патрик обманчиво добродушно улыбается:

— Что там с нашим Костей, предводителем беляков? Мне сказали, что сегодня он явился и как щегол, засветил всех своей обаятельностью?

— Угу. В Гуччи пришел.

— Правда? Обогател наш пес. А, что я спросить-то хотел… Еще мне сказали, что в его маленьком кружке осталось еще больше тридцати членов. Элис. Почему?

— Стоп. Стоп, — поднимает ладонь Патрик. — Вам мешают силачи? Ты не шутишь? Сколько клубов мы закрыли до этого? Десять? Двадцать? И тут вам помешали всего семь силачей?

— В его клуб вступила Аннет Гвидичче. И она теперь жена этого… кхм… пса.

— Я знаю об этом. Весь двор смеется над Зерусой под беляком. Ну? И что? Гвидичче — полудохлый род. После смерти Роберта Гвидиче, там остались одни женщины, не знающие, как разделить один замок в Финляндском регионе. В повестке Совета Магнаров обсуждение лишения этой семьи аристократского статуса.

— Патрик, не все так просто, ты же знаешь.

Патрик пускает особо крупное кольцо чуть правее Элис.

— Да, знаю, — улыбается он. — Прости, Элис. Я давлю на тебя?

Девушка мнется, но сразу же берет себя в руки, улыбается в ответ.

— Хорошо, что хорошо. И правда, обычное членство низшего аристократа в клубе уже меняет его статус. Не каждый меня поддержит. Но! — неожиданно гаркает Патрик, и Элис выдыхает. — Я потерял контроль над целым этажом в школе. И мы лишились силачей, моя милая. Из-за этого пса. Влияние моей семьи на силачей распространялось далеко за пределами школы. И сейчас многие семьи смотрят на нас с недоумением. Они не понимают, как мы допустили такую потерю из-за обычного беляка. Еще немного и это недоумение превратится в… слабину моей семьи, понимаешь, милая Элис? Если Эдвайсов можно так легко задеть беляку, то кто еще захочет это сделать, м-м-м? Особенно после того, как этот пес публично налаял на меня.

— Я понимаю, Патрик. Мы делаем, все что можно. От клубного помещения уже ничего не осталось и…

— Это грубо. Сначала вы отправили Стаса попугать пса своими мускулами, разбив, простите, окно.