Превосходство Пробужденного. Том 3

Стоят, улыбаются в своих намного более вычурных утепленных смокингах. Не нравятся мне эти улыбки. Будто затеяли гадости какие-то. Краем глаза вижу вход в свой Клуб. И именно что вход. Потому что двери нету. Судя по металлическим огрызкам на петлях, ее вырвал Кинг Конг или кто-то очень сильный. Хм, а Кевин мне отчитывался, что все «более-менее»… Выглядит больше «менее», чем «более».

Иду в сторону своего клуба. Стражи реагируют:

— Константин Киба, не отходите!

— Мне одну минуту, пожалуйста…

Стражи не успевают ответить, я быстрым шагом дохожу до входа, заглядываю: стены в краске, все изуродовано, побито. Уборщик уныло метет метлой, словно делает что-то бессмысленное.

— Чего смо… — начинает он. — А-а-а, так это ты тут за главного?

— Ну смотри, смотри… Третий день уже убираюсь тут. Завязывал бы ты со своими клубами.

Отмахиваюсь. Стражи бесцеремонно берут меня под локоть. Уворачиваюсь, говорю:

Идем по лестнице. Лифт предназначен только для элиты и находится в другом месте. И правда Кевин сказал. Начинают прощупывать дозволенное. Я вовремя вернулся.

Звонит телефон, отвечаю:

— Вадим Тернов, — иронично улыбаюсь. — Нечасто ты мне звонишь.

— Слух, не стеби. Ты уже приехал? Надо перетереть. У меня парни уже зашиваются. Вчера Олежку так отымели, что он до сих пор блюет с ласточки.

— Не поверишь. Беляки. Ну те самые — крысиные короли. Просто в сортире его подкараулили и как еба…

— Я понял. А вот то, что беляки избили силача — это плохо.

— А что он мог поделать? Мы не можем постоянно ходить с регеном или крепостью. У нас столько суммы нет. И это… не знаю, просто чтобы ты знал… Олежке в рот по самую глотку запихали ершик унитазный. Бро, это уже зашквар, правда.

— Решим. Все, до связи…

Кладу трубку. Ну вот опять. Кабинет заместителя директора, он же директор по воспитательной работе. Что-то мне начинает надоедать этот кабинет.

Стражи стучатся в дверь, отчитываются. Им дают добро, и я захожу, сажусь на привычный королевский стул.

Заместитель директора на этот раз не занят. Смотрит на меня. Нет, я бы сказал разглядывает. Вычурный пиджак, серьги. Вздыхает, встает. Наполняет бокал коньяком, протягивает мне:

Я знал, что мы подружимся. Несмотря на разницу в весовой категории.

— Утром не пьешь? — смотрит в стакан зам. — Понятно.

Выпивает все сам — залпом, вяло улыбается:

— А я вот сопьюсь, пожалуй, — переводит взгляд на мой гусиный наряд. За нестандартную форму — минус сто очков влияния. И миллион рублей в месяц, если продолжишь ее носить. От одной до десяти форм.

Лям платить за такую ерунду я не хочу. Выплачу штраф, а завтра приду нормально. Сегодня я хотел выглядеть эффектно. Меня должны заметить. Заметить, что Константин Киба вернулся, и теперь все будет иначе.

Зам садится за стол:

— К делу. Ты пропал.