Преодолевая сопротивление (СИ)

Сказал бы что, да он не поймет.

- Есть ещё предложения? – откидываюсь на спинку стула, руки на груди скрещивая и ноги вытягивая под столом. Да так и зависаю в этом положении.

По - детски глаза готов протереть кулаками для восстановления реальной картинки. В нескольких местах от себя вижу Юлю. Реально она! В этот раз не иллюзия.

За прошедшее время пару раз со мной уже случались оказии. Обознавался. Сейчас же со стопроцентной точностью узнаю ею улыбку с поджатыми губами. Она единственная кому такая идет. Распознать, сдерживается ли она ради приличия или ей действительно нравится происходящее - невозможно. Нотка таинственности в её исполнении. К их столику подходит девушка с корзиной цветов, а – ля адлерский сервис – «Не будь жмотом, купи своей даме цветы». Мужик покупает для Юли веник с какой-то травой.

В рамках одного из дел уголовных мы экспертизу заказывали. По видеозаписи, в которой звуковая дорожка отсутствовала, провели анализ речи, с помощью чтения по губам, и распознали о чем говорили люди. Сейчас мне тоже это необходимо. Я многое готов отдать чтобы услышать или хотя бы прочесть отчет о том, как она его посылает. Но нет. Забирает букет.

Небеса не разверзлись, лава на моё воспалённое раненое сердце не полилась, слюна как у умалишенного на скатерть не капает, но я несказанно раз видеть Юлю. Пусть даже в такой ситуации. Расстались мы с ней не не некрасиво. Мы расстались никак. В последнем от неё сообщении была просьба отстать, не приезжать больше и благодарность за проведённое вместе время. Вот так вот легко. Без разбирательств каких - либо. На тот момент Яра уже в больнице лежала, бросаться в погоню я смысла не видел, да и поважнее были дела.

За двадцать минут, что за ней наблюдаю, совершенно позабыв о своей компании, понимаю – у них парное свидание. Как это мило, несите ведро.

Раздражение медленно к красной отметке ползет.

Левада не только внешне не изменилась, разве что волосы значительно стали короче, но и поведение осталось как прежде. Официант ставит перед ней тарелку со стейком и Юля, едва заметно, вздыхает.

Ни до, ни после я таких не встречал. Ножом она владеет виртуозно, но кто бы только знал, как она не любит есть в ресторанах то, что резать приходится. Нож в правой, вилка в левой – депрессия.

- Ты поиздеваться решил? – вспоминаю её слова, когда нам, по мною сделанному заказу, принесли салаты с большими кусками жареной говядины. – Раз, два, три… Дима! Их как минимум на четыре части придется пилить, чтобы можно было в рот прилично воткнуть! – Опущенные уголки губ просто незабываемы."

"Это не то бабье нытье, что раздражение вызывает. Её наивная искренность может только обезоружить. Я знаю о чём говорю. В сравнении.